Тот закрыл глаза и сидел замерев, не двигая ни единым мускулом. Зато эфир вокруг него клубился грозовыми облаками, то сгущаясь, то втягиваясь внутрь хозяина.
— Аа-а-а…. — наконец открыл глаза Баширов. — Хорошо. Прошу прощения, Дмитрий Иванович, за неприятное зрелище.
— Что вы, Акакий Акакиевич, меня сложно поразить подобным. Я больше беспокоился, всё ли у вас хорошо.
— Теперь — абсолютно. Капли покойного Бестужева, упокой его душу, единственное средство, чтобы успокоить мой порченый Талант. А сейчас, прошу прощения, мне нужно привести себя в порядок.
Зажав флакон в кулаке, Баширов вышел из комнаты. Киж только покачал головой: ему показалось, что человек-мышь несколько переигрывал, желая подчеркнуть свою зависимость от капель.
Пока хозяина не было, Киж снял с пояса стилет, повернул рукоять и вынул спрятанный там small wand. Взмахнул им и отправил в камин Знак Огня. И, глядя на загоревшиеся поленья, покачал головой.
— Однако, не так уж и плохо быть магом.
Откинувшись в кресле, он цедил рябиновку и молча смотрел на языки пламени.
— Не успели заскучать без меня? — хозяин вернулся бодрым шагом, неся в руках папку с бумагами. — Ничего, сейчас я вам расскажу много интересного. Держите.
Отдав Кижу документы, Баширов начал вещать:
— Передайте Константину Платоновичу: что-то назревает в нашем богоспасаемом отечестве. Во-первых, странное шевеление на Южном Урале. Слишком много бывших опричников там собирается. Причём я не уверен, что они именно бывшие, а не отправленные своими родами. Во-вторых, переговоры с османами о мире саботируются всеми возможными способами. Будто кто-то хочет, чтобы войска оставались на границе. В-третьих, в некоторых петербургских гостиных ходят очень тихие шепотки, что ни Екатерина, ни Павел не годятся для императорской короны. И есть более достойные наследники Петра, чья кровь не разбавлена прусской.
— Очень интересно, — Киж прищурился. — Имена шептунов вам известны?
— Все подробности, что мне удалось узнать, в этих бумагах. Увы, конкретики маловато, только слухи, переданные через вторые руки. И вот ещё что. Мне стало известно, что государственный секретарь Испании маркиз Гримальди получил из России вексель на сто тысяч рублей золотом.
Киж подался вперёд, оставив бокал.
— Кто ему заплатил и за что?
— Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос. Я знаю только о переводе денег, но отправитель остался неизвестным. Полагаю, это может быть как-то связано с происходящим в Америке. Мне потому и шепнули об этих деньгах, так как слишком уж необычное дело: с Испанией у России мало точек соприкосновений.
— Благодарю, Акакий Акакиевич. Думаю, Константин Платонович оценит вашу работу.
— Делаю всё, что могу, Дмитрий Иванович.