Возвращение было тяжелым процессом, но когда Конгрегации вновь обрело осязаемость, стало ясно, что мир вокруг изменился. Отчетливая картинка привязала его к реальности, и он начал осознавать, какую пустоту причинил себе самолюбие и зависть.
Похоже, «Дядя самых честных правил 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Через два дня таких прогулок по лесу я спросил:
— Отец Лукиан, а что мы ищем?
— Волка, — буркнул он, — череп волчий надобен.
Я только пожал плечами. Ну, хочет череп, пусть ищет. Только, боюсь, будет очень долго бродить по чаще. Следов хищников не попадалось, да и крестьяне не жаловались, что в округе серые появились. А мне гулять по лесу и ночевать под ёлками не сильно нравилось.
— А старый череп не подойдёт? В прошлом году я застрелил здесь стаю волков, думаю, кости до сих пор там лежат.
— Сам убил? Так ещё лучше будет.
Пришлось вспоминать, где мы с Таней расправились с теми волками-мутантами, сбежавшими от Рокка. А потом ещё полтора дня разыскивать это место.
Эх, вот же было времечко! Дядино наследство ещё не свалилось на меня ворохом, проблем с Талантом не знал, с Таней только познакомился. И ведь вроде немного прошло, а столько событий было, и жизнь успела несколько раз поменяться. А что дальше будет?
Жаль, в этот раз я не мог сделать «клубок» для поиска. Пришлось вспоминать дорогу от усадьбы, искать овраг, где мы наткнулись на лёжку стаи, а затем путь до места бойни.
Останки были на месте. Ни одно животное не рискнуло утащить кости мутантов, то ли брезгуя, то ли нутром чуя дурное колдовство. Так они и белели, чуть присыпанные старой палой листвой.
— Хороши!
Лукиан с довольным лицом бродил вокруг камня.
— Ай, красота! Что же ты бросил такой знатный трофей, отрок? Надо было над камином повесить.
— Вы довольны, отец Лукиан?
— А то! Благодарствую, отрок, порадовал так порадовал.
— Можем возвращаться домой?
Он обернулся ко мне и с насмешкой покачал головой:
— Возвращаться? Всё впереди, отрок. Считай, только начинается.
Я не спорил.
От ужина Лукиан отказался. Сначала он сидел у огня, крутил в руках череп, чиркая по нему небольшим ножичком. То ли очищал, то ли рисовал какие-то значки. Затем отложил кости и убрёл в темноту леса. Вернулся через час с охапкой терпко пахнущих трав, поставил на огонь котелок и принялся варить в нём отвар.
