Отец, чья душа мучится от жажды мести, вынужден растить дочь своего врага. Годы проходят, и девушка становится совсем иной — не той, которую он помнит. Между ненавистью и любовью разворачивается драма, где каждый шаг ближе к правде грозит разрушить хрупкое равновесие семьи и открыть старые...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Дочь моего врага. Цвет горечавки»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Отец, чья душа мучится от жажды мести, вынужден растить дочь своего врага. Годы проходят, и девушка становится совсем иной — не той, которую он помнит. Между ненавистью и любовью разворачивается драма, где каждый шаг ближе к правде грозит разрушить хрупкое равновесие семьи и открыть старые...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Отец, чья душа мучится от жажды мести, вынужден растить дочь своего врага. Годы проходят, и девушка становится совсем иной — не той, которую он помнит. Между ненавистью и любовью разворачивается драма, где каждый шаг ближе к правде грозит разрушить хрупкое равновесие семьи и открыть старые...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Только никто этого не увидит, потому что до твоего лона все равно еще лет сто не дотронется ни один мужчина!
Неуловимо быстрым движением я хватаю с ложа две подушки и одновременно запускаю их в разные стороны. Оба моих снаряда попадают в цель!
— Ай-ай-ай, Горечь гадская! — на разные голоса верещат соседки. — Ты нам причёски помяла!
— Будете знать, как лезть не в свое дело! — припечатываю я.
— Это ты будешь знать! — хнычущим голосом отвечает Деспоина. — Тебя в Арриксакский простиль вообще скоро отправят!
С той стороны балдахина ещё некоторое время доносятся бурчание и возня, но потом все стихает.
Я скидываю с себя белоснежный хитон. Одежду этого цвета мне больше не носить. Голой подхожу к своему окну. Ветерок с улицы приятно холодит кожу, виноградник богини окутан приятной прохладой и сумраком. Тугие налитые кисти склоняются к самой земле. А там, вдалеке, где кончаются кустарники, за стеной, защищенной особой магией, чтобы ни один чужак не смог пробраться в храм богини, идет ночная жизнь Лигейи. Любопытно, я никогда не выходила за стены монастыря ночью. Да и днём, честно говоря, за все девятнадцать лет своей жизни была только пару раз, и то в сопровождении митеры Хтонии и жреца Джерта. Интересно было бы побывать на улицах Лигейи после захода солнца! Взглянуть на ночную жизнь одним глазком!
В задумчивости я провела бутоном горечавки по своей шее и нежное прикосновение лепестков к коже отдалось внутри странной дрожью.
Хм… Любопытно…
Решив поэкспериментировать, я осторожно погладила себя горечавкой между грудей, но понять свои ощущения не успела, потому что увидела под окнами жреца Джерта.
Не знаю, что он делал на винограднике в такое время (впрочем, мало ли какие у жреца могли быть дела — может ему виноградика захотелось, да и вообще он мог ходить, где ему заблагорассудится в любое время дня и ночи) смотрел он прямо на меня. На голую меня, которая прямо перед раскрытым окошком наглаживала себя горечавкой.
Встретившись взглядом с его золотистыми глазами, я налилась краской, ойкнула и присела.
Да уж, у меня сегодня какой-то ну очень удачный день! Бог удачи Тимасиос, спасибо тебе большое!
ГЛАВА 2.2. Жрец выбирает…
Хотя… Хотя было в золоте глаз Джерта, когда он смотрел на меня что-то такое… Неизвестное, но волнующее.
Однако уже лежа в постели, я вспомнила последнюю реплику, брошенную Деспоиной, и настроение резко испортилось.
Про Арриксакский простиль нам рассказывала митера Хтония. Этот храм богини Хеб расположен в дальнем полисе Арриксаксе, который находится за морем, и считается рангом ниже, нежели наш храм. В Арриксакс из нашего храма девушку отправляют, если она по тем или иным причинам осталась до двадцати трех лет девственницей.
