Вам попался мост между жизнью и смертью, как будто специально устроили, чтобы вы оказались именно там. Чуть-чуть правее – и вот бы на тебе была ваша жизнь. Но здесь – все нормально. Иногда – довольно часто – такие микроскопические осколки или пули мы просто проходим мимо, не задевая. Потом начинает немного приживаться, как будто осваивал новое место....
Смотрю и по-прежнему ничего не могу понять: все как на ладони, пусто, скучно, неинтересно, окажись здесь заложен заряд, видно было бы с порога. Потому что, чтобы заложить в столь капитальном строении заряд, нужно долбить старинную кирпичную кладку или неподъемные плиты пола – и как ты ни бейся, ни за что не замаскируешь потом место закладки, столько времени, усилий и мастерства потребовалось бы, что никто б и связываться не стал.
И все равно я спросил:
– Мина?
– Да нет тут никаких мин, – ответил комполка.
– В чем же тогда экспертиза, товарищ полковник? – решился я спросить напрямую.
Он посмотрел на меня как-то хитро и говорит:"
"– Пройди-ка, капитан, вон по тому ряду, отсюда и до стены. Не торопясь, как с девицей под ручку по бульвару… Ну, что стоишь? Приказа не слышал?
– Есть, – ответил я.
И направился по указанному ряду плит с предписанной скоростью – ни черта не понимаю, но приказ есть приказ. Иду. Камень как камень, нога не скользит ничуточки. Четыре плиты осталось до стены, три…
И тут я аж присел.
Где-то почти над моей головой женский голос – громкий, звонкий, молодой – произнес короткую непонятную фразу и умолк. Причем на репродуктор это не походило нисколечко, звучало так, словно над головой у меня, на верхней полке, сидит женщина, она-то и сказала что-то непонятное, едва я оказался рядом.
Выпрямился я в полной растерянности. Полковник хохотнул и распорядился:
– А теперь до стены и обратно!
Я и это выполнил. И когда, возвращаясь, наступил на ту же самую плиту, вновь у меня над головой из пустого пространства раздался женский голос:
– Антелло калеми орто…
– Шагай сюда, – сказал полковник.
Прошелся я несколько раз взад-вперед. Всякий раз одно и то же: едва ступишь на эту чертову плиту, раздается женский голос:
– Антелло калеми орто…
Одна и та же фраза, всякий раз (буква в букву, ручаюсь, я ее слышал столько раз, что вызубрил наизусть).
