Кровь еще теплая на спине мужчины. На диване посреди комнаты находится тело человека — его одет в спортивные штаны, голова скрыта под белой накрашенной шапкой. Комната наполнена тяжелым воздухом и слегка насилием.
Выпили за знакомство, начали раскладывать по тарелкам салаты.
– Ну как твое офицерство, как в прокуратуре? – спросил отец.
– Да все хорошо… – ответил Николай. – Ловим, сажаем.
– Хорошая у тебя работа, умственная, государственная! – одобрительно подчеркнул отец последнее слово. – Дети должны прыгать выше родителей! А он, вы представьте, Ирина, в детстве надумал машины мыть! А я ему говорю – руками деньги зарабатывают только дураки. А умные зарабатывают их умом!
Он обвел всех торжествующим взглядом.
– Вы как давно знакомы? – спросила Ирину мать как-то так, будто о неважном, но Грядкин чутьем понял – разведка началась.
– Мам, мы знакомы два года… – ответил он, опередив Ирину и сжимая ей под скатертью руку своей горячей рукой. – Ты не бойся, у нас все хорошо.
– А, хорошо… – сказала мать со страдальческим выражением лица.
– А родители-то ваши, Ирина, живы? – спросил отец. Грядкин тут же похолодел – он понял, каким будет следующий вопрос. И правда, следующий вопрос был про то, кем работают родители.
– Пап, ну так и мы не из князьев… – с вымученной улыбкой сказал он.
– Мы, сынок, из инженеров! На нас страна держится! – веско сказал отец.
– А на крестьянах можно подумать не держится! – разозлился Грядкин за Ирину и ее семью.
– Никто не отрицает, крестьянство – важный слой. Но курс страны, ее потенциал, ее будущее определяют инженеры! – сказал отец, покачивая значительно пальцем. – У вас, Ирина, как я понимаю, высшего образования нет?
– Почему же, есть… – ответила она. – Я модельер-конструктор.
Родители поразились. Грядкин видел, что лица у них просветлели: модельер-конструктор – это еще куда ни шло.
– А чего же, извините, вы на заводе бетон делаете? – спросил уже спокойнее отец.
– Да как в кризис перестал народ одежду заказывать, так до сих пор и не начал… – ответила Ирина. Про модельера-конструктора она немного подзагнула – диплом по этой специальности был у нее не вузовский, а пэтэушный. Но, с первых вопросов поняв, куда в грядкинской семье ветры дуют, она решила, что немного приврать – не грех.
– А что же вы шили? – спросила грядкинская мать.
– Я все умею. Но лично мне больше нравилась женская одежда… – ответила Ирина.
