В кабинете Виктора Викторовича зазвонил телефон, прерывая тихий утренний шум. Подняв глаза на часы, майор понимающе улыбнулся: рабочий день почти завершился. Однако даже после трудового дня он не мог исключить срочные дела. Он задумчиво рассматривал холодильник надеждой на приготовленный ужин, если позволит его добраться домой. В трубке раздался знакомый голос — тот самый Кикоть, вызвавший неприятные мысли о неожиданных визитах....
— А потом придется вернуться туда, откуда вы сбежали!
— Это мы еще посмотрим… — пробурчал Кикоть, поднимаясь с кровати.
Когда оба офицера выходили из палаты, я посмотрел им вслед и усмехнулся — вот ведь забавно получилось?! Сейчас будут меряться, у кого полномочий больше.
Едва дверь в палату закрылась, как оба офицера сразу же перешли к обсуждению проблемы.
— Саша, я что-то не понял! — произнес Виктор, глядя на Игнатьева. — Что это за дела?
— Что именно ты имеешь в виду? — поднял бровь Игнатьев.
— Ты зачем влез в это дело? — процедил тот, глядя на сокурсника хмурым взглядом.
— Я не вызывался к тебе в помощники, ты сам так захотел. — Ты же знаешь, что мне Громов нужен! И причины тебе тоже известны…
Разведчик вздохнул.
— Ой, Витя, да брось. Мое мнение — ты занимаешься ерундой.
— Выявление скрытой угрозы это ерунда?
— Угроза? От Громова? — разведчик усмехнулся. — Твое начальство обозначило моему командованию приоритет.
Кикоть слушал и все больше понимал, что между ними как-то незаметно выросла преграда. Конечно, структуры крупные, совершенно разные, влияние тоже. Да, в связи с последними событиями стало ясно, что разведка сильно промахнулась и села в лужу. Будут внутренние расследования, полетят погоны. Но это будет происходить параллельно с решением проблемы на войсковом уровне. Сейчас им нужно как можно скорее восстановить контроль над зоной ответственности. Комитет уже дал добро, а он, майор, сам того не заметив, потерял инициативу.
— С чего ты это взял? — с вызовом спросил майор. — Громов, никакой не герой. По неизвестной причине, он уже не первый раз оказывается в самой гуще событий и выходит сухим из воды. Я должен докопаться до правды.
— Штаб уже дал добро! — пояснил Игнатьев. — Я видел копию указания. Кстати, как мне сказали, ваш полковник Афанасьев того же мнения.
