В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
На Богдана местный климат не действовал, он спокойно спускался по прозрачному трапу, бережно ведя за собой Ириду. Девушка тихо проклинала технологии Чужих, когда ей приходилось ступать, казалось, по воздуху, и при каждом шаге думать - упадет ли она на красный песок или нет.
Их ожидало местное средство передвижение - стеклянный летный автомобиль, предназначенный для перевозки пятерых пассажиров. Помимо Богдана и Ириды, к ним присоединился Шард.
- Первый бой сегодня, - лаконично сказал последний.
- Хорошо, - равнодушно отозвался Богдан.
Ирида, услышав разговор мужчин, напряглась. Сердце тревожно застонало. И не понятно было в эту секунду за кого - за собственную судьбу или за жизнь Богдана.
Летели они недолго. Всё вокруг клубилось от красной пыли, и Ирида удивлялась, как Чужой находил маршрут. Она автоматически отметила, что, несмотря на продвинутые технологии, у летного автомобиля было ручное управление.
Приземлились, точнее, зависли над землей, у огромного парящего в воздухе здания. Оно было огромным, грязно-серым, с множеством круглых окон.
Помня о предупреждении Богдана, Ирида опустила голову. Не будет она ни на кого смотреть... Не будет! Иначе потом годами будут сниться эти уроды в кошмарных снах.
К Шарду подошли несколько воинов его вида, что-то сказали, тот кивнул.
- Всё готово, Богдан.
- Вот и славно. Надеюсь, меня и мою пару поселят в номере с удобствами? Никаких камер, да, Шард?
Ириде показалось, или Славинский сделал акцент на последнем предложении?
Их провели через запасной выход, минуя толпу зевак и жителей.
Далее был прозрачный лифт и спуск под землю. Узкие серые коридоры, витиеватые и многочисленные. Богдан взял Ириду за руку и легко сжал, давая понять, что рядом.
