В темном зале улыбки вымирающих светофоров, где единственное тепло исходит от его холодной личной звезды, все сжимаются и дышат глубже. Одно слово может перевернуть весь мир — и не только один. Здесь каждое тихое вздох прорывает стены этого необычного оазиса спасения.
Не этого ли хотел Богдан? Чтобы она привыкла к нему? Перестала воспринимать как недруга, как человека, что вызывал в ней страх? Слишком просто. Привыкнуть - это не то, к чему стремился Богдан.
Ладно, начнем с малого.
Давя в себе вспышку недовольства, грозящую перерасти в нечто большее, Богдан кивнул.
- Я постараюсь не напоминать тебе про твоего… - хотел сказать ""любовничка"", в последний момент заменил на более щадящее слово, - друга, а ты в свою очередь постарайся выбросить его из головы. Это нам обоим облегчит жизнь.
Ирида натянуто улыбнулась.
- Да, осложнения нам ни к чему. Особенно сейчас.
Она оказалась права, как никогда. Практически сразу после её слов двери каюты плавно разъехались в сторону, впуская гостя - одного из тех воинов, что принимали участие в захвате лайнера Славинского. Он быстро что-то сказал на незнакомом языке, развернулся и вышел.
- Что он сказал? - спросила Ирида.
- Что мы скоро прибудем на место.
- Так быстро?
- Да. Здесь время течет совсем по-другому, Ирида.
***
Ирида держалась рядом с Богданом, когда шлюз огромного корабля открылся, приглашая их ступить на чужую планету. Рядом со шлюзом стоял Шард и сдержанно улыбался. В одной руке он держал узкие очки.
- Твоей спутнице, латунец.
Богдан взял протянутые очки и ухмыльнулся.
- Предусмотрительно.
- Мы продумываем всё, - не без гордости заметил Чужой, не удостоив Ириду даже взглядом.
Она по-тихому радовалась, что к ней напрямую не обращались.
- Ирида, прикрой глаза, - сказал Богдан и всучил ей очки.
Девушка послушно надела очки. Спрашивать зачем - не стала. Скоро всё узнает.
Так и оказалось.
Краснота непременно резанула бы по глазам, если бы не защита. Чуть позже Ирида узнает, что Йетлэ свои же жители называют Красной планетой. Красная земля, багровое небо... Полное отсутствие какой-либо растительности, приземистые здания, зависшие в воздухе. Это то, что бросилось в глаза Ириде в первые секунды.
- Не глазей по сторонам. Здесь не любят любопытства, - слова Богдана, прозвучавшие приглушенно и предназначенные только для неё, заставили Ириду потупить взор. Не хватало ещё, чтобы она навлекла на них неприятности. Для себя она решила беспрекословно слушаться Славинского. По крайней мере, здесь, на этой Небесами забытой планете.
Глаза резало даже через очки. Ирида несколько раз поморгала. Помогло плохо.
