Автор
Марина уверена, что её дочь жива. Спустя год она узнаёт девочку на руках богатого инвестора Романа Гомельского. Несмотря на скептицизм окружающих, мать решает отстоять право на своего ребёнка любой ценой. История о силе материнской любви и борьбе за справедливость.
— Ты же понимаешь, — прошептал он, всё ещё вдавливая её в кровать, — что, повинуясь своим дурацким мужским инстинктам, я больше никогда и ни за что не буду тебя ни с кем делить? Что я буду ревнивым псом, стерегущим тебя и днём, и ночью? Свирепым тигром, готовым порвать любого, кто встанет у тебя на пути? И диким львом, бесконечно жаждущим твоей ласки?
— И что, весь этот зоопарк мой? — улыбнулась она и откинулась на подушку, доверчиво обнажив шею.
— Ты его разбудила, — рыча, легонько впился он в нежную кожу зубами. — И теперь он твой вплоть до последнего бурундучка, готового есть корм из твоих рук.
— Бурундучок мой, — улыбнулась она, взлохматив его волосы. — Как ты вообще здесь оказался?
— Ну, как бы тебе сказать, — прищурил он загадочно один глаз. — Сначала я хотел просто прыгнуть за борт и плыть до берега. Потом взгляд мой упал на спасательный плот, и я решил догрести на нём. Ещё был вариант взять в заложники капитана и заставить его сменить курс, — улыбнулся он самой красивой на свете улыбкой. — Но на самом деле параллельным с нами курсом шло судно, у которого был вертолёт. А мы миллионеры, знаешь ли, иногда выручаем друг друга, поэтому меня просто подкинули до берега. Очень скажу я тебе удобная вещь — собственный вертолёт. Когда будешь выбирать яхту, бери именно такую, с посадочной площадкой и отсеком для его хранения.
— Так и сделаю, — Марина закрыла глаза. — Надеюсь, ты мне снишься. Ведь только во сне бывает так хорошо, — не глядя потянула она Романа к себе.
— И не мечтай, — перекатился он вместе с ней на спину. — Я твоя самая страшная явь. Я сказочно богат, восхитительно умён, чертовски хорош собой. Безумно люблю детей. Особенно свою маленькую дочь. Женат."
"— Да ты сущий кошмар, — подняла она голову и повела пальцем от ямочки на подбородке, через всю шею по кадыку, заставив Романа сглотнуть. — Самый страшный ужас в моей жизни, — заскользила она пальцем обратно, провела по губам. А потом коснулась их своими и зашептала: — А ещё ты коварный злодей. Ты меня не предупредил, что вызываешь зависимость. И как теперь без тебя жить?
— Ну, до утра мы как-нибудь дотянем, — сдвинул он её чуть-чуть ниже, туда, где самый опасный зверь из всего зоопарка снова поднял голову. — А потом я прилечу так быстро, как только смогу. Если ты захочешь меня видеть, конечно, — подтянулся он к изголовью.
