Автор
Жизнь обычной семья становится непредсказуемой, когда начинается тайная одержимость одной из женщин в этом доме. С каждым взрывом ее гнева и стремлений к самовыражению, уютный дом превращается в сцену для настоящих битв между матерью, дочерью и женой.
Пусть пока крохотную и совсем зыбкую, но я не упущу подаренный мне шанс.
— Рома, обещай, — требует она.
— Все что пожелаешь.
— Ты никому не выдашь нас, пока я не дам на это добро. Ни под каким предлогом!
«Нас» — как звучит-то.
— Договорились, — отстаю от нее и беру в ладони ее лицо, заглядывая в любимые глаза. — МЫ никому ничего не скажем о НАС. Пока ты не посчитаешь нужным.
Как же хорошо…
Тянусь, чтобы поцеловать Соню, но вдруг натыкаюсь на ее пальчики, что возникают прямо перед губами:
— Даже не думай снова подобное проворачивать, — хмурится она.
— Я бы не посмел тебя так унизить, — с тяжелым вздохом, покаянно опускаю голову.
Однако быстро нахожу альтернативу своему желанию, и касаюсь губами животика:
— Ну как у нас дела?
— Получше, — кивает Соня. — Вроде закончилось. Надо идти, пока нас тут не поймали…
В этот самый момент за дверью слышатся приглушенные голоса. Соня окидывает себя перепуганным взглядом, и в панике начинает озираться по сторонам, будто намереваясь срочно собрать все пуговицы и хоть на клей их присобачить, лишь бы ее не застали рядом со мной в таком виде.
— Эй-эй, — ловлю ее подбородок, вынуждая посмотреть на меня: — Ничего не бойся, слышишь? Я рядом.
— Хочешь предложить мне свой пиджак? — нервно спрашивает она. — Боюсь, это будет выглядеть еще более подозрительно.
Усмехаюсь, поднимаясь на ноги, и направляясь к большому шкафу, в котором я храню трофеи, привезенные из разных стран заодно с поварами.
Достаю из ящика пончо, привезенное мной из Перу, и возвращаюсь к Соне. Дрожащими пальцами приводит волосы в порядок, и поднимает на меня беспомощный взгляд.
— Ром, что я наделала? — шепчет сдавленно.
— Ты наконец-то поступила правильно, — уверенно отвечаю я.
Наклоняюсь к ней, и набрасываю на голову пончо. Чувствую, как ее трясет, и меня бесит, что я бессилен ей помочь.
— Маленькая, — говорю я, слегка встряхивая ее за плечи, — ничего не бойся. Мы сделаем все аккуратно. Никто ничего не узнает, пока ты сама этого не захочешь.
— Обещаешь?
— Клянусь тебе…
38.
