Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере...
Говорят ведь: «Хочешь рассмешить господа, расскажи ему о своих планах». Она, конечно, планами не делилась, но ведь предполагала же, рассчитывала, а вышло, как в дурном сне не примерещится.
Она вздохнула. Что ж, надо принять случившееся как должное. Когда нечего сказать, лучше сказать правду. Самой себе в первую очередь. С появлением Арсена сердце ее встрепенулось. И встрепенулось вдвойне, когда он занял место рядом с ней. Теперь ей нужно было скрыть свою радость. И она умело скрыла ее, отвернувшись от Арсена в противоположную сторону. Он весело хмыкнул и крикнул Игорю:
– Ора, включай свою музыку! Поехали!
Из динамика вырвалась веселая мелодия:
Горы Кавказа, Черное море,
Древняя бзыбская земля,
Озеро Рица в снежном уборе,
Орай-да-рай-да! Орай-да!
Арсен хлопнул Игоря по плечу. Тот поднял руку, щелкнул пальцами, и уже вдвоем они грянули:
Эльбрус-красавец смотрит сквозь тучи
Снежной вершиной в синеву.
Этой вершиной самой могучей
Налюбоваться не могу.
Жорик и Галина подхватили:
Орай-да-рай-да! Орай-да-рай-да!
Орай-да-рай-да! Орай-да!
Им вторила Сабрина. У нее оказался неожиданно звонкий и приятный голос. Костик обнял ее за плечи и расплылся в довольной улыбке, а Вадик принялся выбивать барабанную дробь на алюминиевой канистре из-под бензина. И вот с таким шумом, гамом и песнями они покинули Гагры.
Глава 9
Мелькнули и скрылись высокие, сложенные из дикого камня сторожевые башни при въезде в Бзыбское ущелье. Марина даже не успела их сфотографировать. С огорченным видом она надела крышку на объектив своего цифровика. Арсен положил ладонь ей на плечо, заставив оглянуться.
– Не расстраивайся, на обратном пути снимешь. – Он весело улыбался. – Я тут раз двадцать бывал, но всегда нахожу что-нибудь новое и занятное. – И погладил корпус фотоаппарата. – Не люблю цифровики, снимаю на обычную камеру.
– Зачем же ты поехал, – тихо спросила Марина, надеясь, что шум мотора помешает попутчикам услышать их разговор, – если бывал здесь раз двадцать?
– Хочешь, скажу, что из-за тебя? – Арсен смерил ее насмешливым взглядом. – Но мне на самом деле нужно в Псху.
– Ты вспомнил об этом в последний момент?
– Так получилось, – пожал плечами Арсен. – Человек я скорый на подъем. «Тревожный чемоданчик» всегда наготове. Три минуты, и вот я здесь! Как бы тебе этого не хотелось!
– Мне все равно. – Марина отвернулась."
"Но выказывать свое равнодушие с каждой минутой становилось все труднее и труднее. Арсен сидел вплотную к ней.
