В теперешних ненастях Хохлов вынужден был отправиться в Лавровскому предложить себе временное убежище. С каждым километром шоссе метель лишь усиливала туман, и он несся вперед, словно его жизнь зависела от этой медленной поездки. Встреча с бывшей девушкой оставила глубокий след, и Хохлов не мог отделаться от чувства вины и ненависти к самому себе....
Вода, которая текла с собаки, была совершенно черной, словно та долго жила на скотном дворе в куче навоза. Воняло мокрой шерстью и улицей.
Ужасная работа. Просто конец света. Не иначе придется делать Хохлову ремонт за свой счет!
После третьего намыливания вода потекла почти прозрачная, и Арина решила, что с них обеих хватит.
Она выключила душ, взяла полотенце и стала быстро промокать собачью спину, чтобы Тяпа не успела отряхнуться как следует. Если успеет — тогда точно ремонт неизбежен. Но уже не только в ванной, а еще и в коридоре! Следом за полотенцем потянулся лифчик, но в пылу работы Арина этого не заметила и обнаружила лифчик плавающим в ванне, в хлопьях грязной мыльной пены и собачьей шерсти.
— Черт побери!"
"Она выудила бюстгальтер, кинула его в раковину и продолжала вытирать собаку, но полотенце намокло и уже ничего не впитывало.
— Постой, — тяжело дыша, попросила Арина Тяпу. — Я сейчас еще одно принесу!
Ей уже было стыдно, что она устроила такой разор и разгром из такого простого дела, и страшно, что скажет Хохлов.
Она выскочила из ванной, а когда вернулась с полотенцем, довольная и счастливая, Тяпа лежала на своей подстилке, а стены, зеркало, вешалка и, кажется, даже потолок были залиты водой. Все-таки она отряхнулась!
— Ты зачем из ванной ушла?! Кто тебе разрешил?!
Впрочем, спрашивать было бесполезно. Нужно ликвидировать последствия.
Некоторое время Арина судорожно протирала все мокрое, что было в коридоре. Потом метнулась в ванную, где масштаб разрушений оказался ужасен — шерсть, грязь, оседающие хлопья серой пены и вода, вода, вода!.
И тут позвонили в дверь. Арина даже услышала не сразу, потому что, забравшись в ванну, драила кафельные стены. Потом позвонили еще раз, и она замерла с тряпкой в руках.
У Хохлова были ключи. У Гали наверняка тоже есть ключи, хоть Митя и говорил вчера, что она прийти уж точно не может.
Залитые соседи? Знакомые?
В любом случае она, Арина, не станет открывать.
Собака на подстилке негромко зарычала.
И тогда в двери завозился ключ.
Она была уверена, что тот человек, который убил Кузю и не добил ее, явился сюда, чтобы завершить свое черное дело.
