Я стонала так громко, что даже собственные крики переполняли больницу. Ужасающий голод сводил мне с ног и заставлял дрожать от страха. Каждый жесткий хват в мою руку был небывалой трансцендентной точкой, подталкивающей меня на грани безграничного страдания.
- Я бабушка Розалинды, моя дорогая! Можешь называть меня тетушкой Сид, так меня все здесь зовут, - женщина погладила меня по голове столь нежно и осторожно, словно она была и моей бабушкой тоже, и я почувствовала, как мои щеки алеют от удовольствия, - а теперь, моя принцесса, ты должна покушать! Без еды у организма не будет силы бороться, а тебе нужно много сил!
Мне казалось, что я не голода, но почувствовав ароматы свежеприготовленной еды, желудок протяжно заурчал, показывая, что про него забыли и он этим жутко недоволен, отчего тетушка Сид мягко рассмеялась, убрав с моих ног одеяло, чтобы поставить на низеньком переносном столике поднос с едой.
Каша, с кучками фруктов.
Тост с сыром и маслом.
И ароматный чай."
"В своей обычной жизни я бы не стала завтракать подобным образом, но я была так голодна, что каша казалась мне просто божественной. Пока я закидывала в свой желудок пищу, тетушка Сид хлопотала в палате - приоткрыла шторы, измерила мне температуру, записала что-то на листе, прикрепленном на моей кровати, прицепила новый прозрачный пакетик к капельнице, и аккуратно свернула одеяло, убрав его в угол кровати у моих ног.
- Рози сегодня дома? – я уже почти доела хрустящий ароматный тост, запивая его чаем и чувствуя, как силы потихоньку возвращаются ко мне, давая возможность телу противостоять дергающей боли.
- Нет, дорогая, сегодня смена Рози, скоро она придет с планерки и я передам тебя в её руки!
- Она работает вторую смену подряд? – вообще-то я мало что смыслила в медицинских делах и графиках работы в этом загадочном и жутком учреждении, но мне казалось, что если человек работал всю ночь, то следующий день он должен отдыхать! А иначе так и заснуть среди операции не долго!
- Вчера Рози была дома, - тетушка Сид улыбнулась мне, протягивая пластиковый стаканчик с водой и три белые таблетки, пока я не понимала, как могла Рози быть вчера дома, когда она была этой ночью со мной сразу после операции? Или мы говорили о разных Рози? Было не похоже на то…- это обезболивающие.
Доктор Ричард.
От этого имени в устах тетушки Сид моё сердце снова йокнуло, болезненно затрепыхавшись.
Его волшебные синие глаза. Его пугающие темные глаза. Его чувственный рот. Его голос, от звука которого модно было вернуться даже с того света…
Хотелось попросить ещё валерьянки. Пол ведра.
