Я стонала так громко, что даже собственные крики переполняли больницу. Ужасающий голод сводил мне с ног и заставлял дрожать от страха. Каждый жесткий хват в мою руку был небывалой трансцендентной точкой, подталкивающей меня на грани безграничного страдания.
- Обещаю, - наконец выдохнул Ричард, чуть нахмурившись, словно говоря это себе, и перевел колкий взгляд на дверь, - Дерек! Проводите девушку на пляж!
Дверь приоткрылась, и в неё заглянул один из тех жутких типов в черном костюме, который вежливо кивнул:
- Мисс, прошу за мной.
И снова я не могла заставить себя сдвинуться с места и убрать свои руки от Ричарда. Но он кивнул мне, словно говоря, что мое время вышло.
- Ты обещал мне! – прошептала я, прежде чем вышла из комнаты вслед за черным мужчиной.
Я молча шла за ним.
Никто не нападал на меня, никто не пытался убить или выбросить за борт, лишь один из мужчин молча протянул мне забытые на палубе туфли, которые я взяла, еле как прошептав: «Спасибо!»
- Я провожу вас до клиники,- проговорил мужчина, которого Ричард назвал Дереком, а я у меня не было даже сил, чтобы возразить ему.
Я просто молча плелась рядом с этим гигантом в черном костюме, не понимая спала ли я до этого и в какой реальности находилась.
Огни клиники были уже близко и слышались голоса, которые подпевали певцу и прекрасно проводили время, когда Дерек остановился чуть кивнув:
- Если позволите, я не пойду дальше.
- Конечно…спасибо, что проводили, - едва дыша промямлила я, когда мужчина неожиданно улыбнулся и кивнув, молча пошел обратно.
К яхте. И Ричарду.
Туда где был мой сон…или явь?...или что это всё было?
Свет и звезды померкли неожиданно, когда я всё-таки отключилась, растянувшись прямо на песке.
Глава 119.
Когда твое утро наступает в обед, а во рту такая кака, что не спасет даже тонна ментола, то голова просто не может не болеть, а мир радовать своими красками.
Единственное, чему я была хоть немного рада, что вчерашняя ночь всё-таки закончилась.
Ну как рада?
Если не считать, что я прорыдала до восхода солнца, лежа в одиночестве в своей кровати, обнимая своего котенка, то наверное это вполне можно было назвать радостью.
Всё-таки бутылка мартини утром была явно лишней после шампанского, которого я вдоволь выпила на открытии, но сейчас об этом было уже поздно рассуждать.
Нужно было как-то добраться ко кухни, чтобы найти таблетки, и залечь в ванну на остаток дня.
Благо наша работа закончилась, и больше с семьей Ричардсон ничего не связывало.
В груди снова больно заныло что-то о чем я совсем не хотела думать.
