Я стонала так громко, что даже собственные крики переполняли больницу. Ужасающий голод сводил мне с ног и заставлял дрожать от страха. Каждый жесткий хват в мою руку был небывалой трансцендентной точкой, подталкивающей меня на грани безграничного страдания.
"
"Но скорей всего подружка сладко спала под боком у синеглазого Генри, а быть может уже и не спала вовсе, а была в его крепких объятьях.
Поэтому, накормив еле как нашу команду четверолапых Мстителей, и выпив гость таблеток от боли, спазмов и похмелья, я поплелась снова в свою комнату, чтобы дальше придаваться своему горю в полном одиночестве, со стаканом Спрайта, наполовину наполненного льдом.
Ванна была ещё одним жизненно важным пунктиком, когда я с блаженством залезла пол струи теплой воды, откинув голову на бортик, и растянувшись в полной нирване.
Вода убаюкивала и уносила с собой мою боль, только к сожалению не уносила мои мысли о Ричарде….и я в очередной раз прокручивала в своей слегка посвежевшей голове события последних дней, отмечая про себя, что, как бы то не было, а наша связь меньше не стала.
Что бы я не делала, и куда бы не шла, я всегда чувствовала, что его синие пронзительные глаза были направлены только на меня.
И то, что в их глубине была буря, говорило мне о многом из того, что я хотела бы забыть.
Странно, что его жена так и не пришла на открытие.
Может она сидела дома с детьми?
Эти мысли, и картинка карапузов с синими глазами и светлыми волосиками, заставила меня умереть не от мимишности, а от жуткой боли, словно мне проткнули сердце ржавой иглой.
Ведь я всё ещё ничего не знала о нем и уже не было смысла расспрашивать Генри о его загадочном брате и его мамаше, которую собственный сын воспринимал по зимнему холодно и явно неодобрительно
….нужно было просто выцарапать из себя его и забыть.
Но это было проще сказать,чем сделать!
И чтобы мысли не мучили меня снова и снова, пришлось вылезти из ванны, чтобы прямо так – обнаженной и мокрой – прошагать в комнату и включить музыку.
Лучше сорвать голос и петь, чем сходить с ума от раздумий и воспоминаний!
И я горланила от души песня за песней, в промежутках изображая танцевальные па, продолжая при этом нежиться в воде, попивая холодный спрайт, когда услышала, что во входную дверь кто-то пытается звонить…
Глава 120.
