На даче десять кустов смородины — красной, черной и белой. Убирают ягоды редко, чтобы не страдать от зрелища высохших жучков-ягод. Муж Дуни рассказывает, что в детстве их кошка регулярно приносила котят для топки в воде — так было принято избавляться от мертвых котенков....
– Ваша гостья, двоюродная племянница из далекой Еврейской автономной области. Лет тридцать семь – слегка тронутый злыми морозами, но еще не раскрывшийся бутон. Она смотрела на меня правильно, а вы, сволочи, все испортили!
Все придумал Галя, Ангел активно поддержал.
Жена Гали была педагогом – сначала простой учительницей, потом завучем, сначала в простой школе, потом в элитной гимназии. Математик, она увлекалась психологией и вела соответствующий кружок. Галя как-то увидел у жены список маний и фобий. Семь страниц, правда, каждый бзик с новой строчки.
День рождения Кати и стал случаем. Прекрасная провинциальная племянница-бутон поплыла от первого же вопроса Хари:
– Меня всегда интересовало: в этом административном образовании – Еврейской автономной республике, пардон, области, – больше автономного или еврейского?
Он улыбался, слушал, не слушая, ответ, как бы давая понять, что любые ее слова, независимо от смысла – чудная музыка, издаваемая очаровательной женщиной.
Харе позвонили, он вышел, предварительно с галантным поклоном извинившись.
– Ирочка, детка, – сказал Ангел, обращаясь к гостье, – наш друг Хар… Максим Эдуардович настоящий философ, профессор и тэ дэ и тэ пэ. Но есть ньюансы. У него… как это…
– Филофобия и гамофобия, – подсказал Галя.
– Больной на голову? – ахнула Ира-бутон.
– Сейчас спокойный период, – сказал Ангел.
– Ремиссия, – уточнил Галя. И призвал на помощь свою и Ангела жен. – Девочки, скажите!
– Мясо из духовки достану, – сказала Катя и вышла.
– Таня, подтверди! – строго посмотрел на жену Галя.
– Да, есть, – как под пыткой произнесла Таня, – но это не означает…
Тут вернулся Харя, подсел к Ире, взял ее за руку.
