В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
– Да, конечно, – ответил Гавиз, – что тебя интересует, путник?
– Ты знаешь тархана Тимура Гальбара?
– Как я могут знать того вельможу, который близок к самому шаду и кагану? Я только слышал о нем.
– А где он живет?
– О, это известно всем – на острове. Там же, где каган, шад и приближенные к ним вельможи. Много знати проживает недалеко отсюда, в крепости, что на западной стороне. На восточной обретаются торговцы, ремесленники, там в основном юрты, деревянные шатры и землянки.
– А попасть на остров можно?
– Если пропустит стража.
– Если назвать имя тархана?
– А он ждет вас?
– Да.
– Ну, тогда вас пропустят без задержки, если тархан в крепости.
– А если он выехал, как мы узнаем об этом?
– Через его помощника.
– Если так, то мы вернемся, хоп?
– Конечно. Всегда рад гостям.
– Я тебе новость хорошую сообщу, Гавиз.
Хозяин караван-сарая расплылся в улыбке, сквозь которую пробивалось удивление:
– И что за новость?
– Мы по пути… – Пегри не стал называть аул, – обошли большой торговый караван, который идет сюда.
Гавиз оживился:
– Это действительно очень хорошая новость, а караван насколько большой?
– Более сотни повозок, людей – еще больше.
– Понятно, надо предупредить других владельцев караван-сараев, дабы успели встретить этот караван. Чтобы он дальше не пошел.
– А дальше это куда? К жилищам знати?
– Да есть еще места. Я все понял, благодарю тебя.
– Не за что! Вот если бы твой служка провел нас утром до моста на остров?
– Проведет, велю – проведет.
– Коней нам брать?
– У вас их по два на человека. По одному надо оставить.
– А продать их можно?
Торговец всегда остается торговцем, будь он купец или владелец караван-сарая.
– С этим не спеши. Сам посмотрю, может, куплю. Дам дороже, чем на рынке.
– Яхши, договорились. Я на отдых.
– Во сколько собираешься на остров?
– Да после утренней молитвы и поедем.
Гавиз кивнул:
– Самое время. Я предупрежу Рахима, он будет ждать у конюшни. И коней никому больше не предлагайте.
– Хоп.
Пегри ушел в отведенное им помещение, там его ждал Амас."
"Поутру после утренней молитвы и трапезы, рассчитавшись с хозяином за постой и заплатив за стоянку двух коней, за которых Гавиз предложил по тридцать пять дирхемов, Пегри и Амас в сопровождении служки поехали по крепости.
