В середину Листопада, когда кусты начинают опускаться под первый снег, отряд из сотни бека Шамата преодолел за неделю путь почти до ста двадцати верст к своему горному селению Кумерге. Но стремительное изменение погоды — пронзительные дожди на второй день пути — замедлило их поход, делая каждый шаг утомительно трудным....
– Он посмотрел на помощников: – Значит, шлем гонца?
– Шлем, – решили главы родов, – только кого?
– Мыслю, Бахарь Первуша с тем делом лучше остальных справится.
– Одного пошлем?
– Не к хазарам же?
Сошлись и на этом.
Вавула позвал Первушу.
Получив задание, тот заверил:
– Все уразумел, сделаю!
– Ты, Бахарь, должон тока сказать вождю, что сам ничего о нас говорить не будешь, все-де скажет вождь варузов. Коли захочет взять с собой охрану, то пусть, но малую, половины десятка хватит. Сопроводишь гостей. Выйдешь с ними к западным воротам.
– Угу, вождь, не сомневайся, приведу этих… как их…
– Неважно. Ступай. Да предупреди стражу западных ворот, чтобы поутру людей позвали мост опустить.
– Уразумел. Предупрежу.
– Ступай.
Ушел Первуша. Ушли главы родов. Вавула отправился к себе домой, где ждала его Ведана. В доме густо пахло жареным мясом. Уже сготовила трапезу, расстаралась хозяюшка.
Вскоре звездная и теплая ночь нависла над крепостью. Народ после трудов дневных завалился спать, лишь сторожа на вышках да старшой охраны перекликались друг с другом. Тихо шуршала у причала быстрая Ока.
На рассвете через западные ворота выехал гонец Бахарь Первуша. Миновав мост, пустил коня в галоп. Конь молодой, сильный, ему простор нужен, пошел ходко, только держись.
Солнце едва поднялось на востоке выше кромки деревьев, а гонец варузов уже был у перелаза. Скоро он достиг места впадения речушки Горша в Оку. Там взял севернее, где маловодно, перешел через речку, далее вновь свернул к берегу, и вскоре перед ним предстала окруженная со всех сторон, кроме речной, вежами – повозками с крытым верхом, или, как их еще называли, кибитками, довольно большая стоянка незнакомого племени.
За кибитками ничего не было видно, зато, как только Первуша приблизился к повозкам, тут же появились трое мужиков, одетых в одинаковые штаны и рубахи, подпоясанные поясами, на которых висели сабли, в онучах и легких шапках.
Первуша понял, что это и есть их старший – вождь.
– Здорово были, люди!
– Здорово, человек. Кто такой?
– Зови меня Бахарем Первушей, я гонец вождя племени варузов, Зарубы Дедила.
