Автор
Мужчина с огромной силой и решительностью стоял на вершине горы, заставляя сердце жертвы биться в предвкушении страха. Он внушал неоспоримую угрозу, а его приказы казались последним надежным шансом выжить, когда избранный путь был блокирован силой и бескомпромиссностью....
- Мы должны отправить точку, где сможет приземлиться самолет, - как ни в чём не бывало отозвался Буран.
- Нужно дойти до необходимого места и включить в телефоне геолокацию, а потом…
- Вместе пойдем и сделаем, - потянул её легко за руку Буран, тут же увлекая за собой, и возбудившись даже от этого легкого прикосновения.
Скрыть этого совсем не получилось.
Да и как тут скрыть ТАКОЕ. Великое и неудержимое медвежье счастье.
У мужчины просто в глазах заискрило, а потом потемнело от мыслей о том, что сейчас они останутся только вдвоем.
На природе.
Где нет лишних глаз и ушей.
И можно творить всё, что только захочется.
Правда какое-то очень непродолжительное время. Но и этого сейчас было достаточно.
Хоть что-то, черт побери!
Майя словно его мысли прочитала, или увидела во взгляде, неожиданно тут же смутившись:
- Я не знаю, какая площадка может подойти для посадки самолета.
- Зато я знаю. Идём, у нас мало времени!
- Для чего?
Морозный за спиной Бурана хохотнул оттого, что девушка задала очень правильный вопрос.
- Для всего! – расползлась по лицу Бурана широкая многозначительная улыбка, и девушка смутилась еще больше. Даже слегка покраснела.
Ну не собираются же они заниматься любовью на голой природе?
Нет же?
-…мне нужно платок надеть, - пролепетала Майя, но Бурану уже было не до этого, когда он просто подхватил её на руки и устремился прочь из дома под смешок Морозного, который всё, конечно же, понял, и ощутил возбужденный настрой своего друга буквально до мозга костей.
К сожалению, самому Морозному оставалось пока только мечтать и наматывать круги вокруг дома, чтобы самому успокоиться и не натворить глупостей.
При чем, ходить крайне аккуратно мимо окна кухни, чтобы не заработать ранение в голову сковородкой.
Буран не заметил, как они миновали забор.
Он прижимал к своей груди самое ценное, что было в его жизни, и никак не мог надышаться ароматом волос своей любимой, которая сдаваться ему не собиралась.
Прошел еще один день, а она так и не стала испытывать к нему влюбленности.
Вот только смотреть стала иначе. Иногда. Пристально, глубоко, словно забывалась в себе, когда рассматривала его и о чем-то думала.
В такие моменты он бы душу продал лабораторному дьяволу, чтобы услышать о чем думает Майя.
Да, он мог ощутить её эмоции, но иногда этого было не достаточно.
