Тревожно вздыхая, девушка вынимает из-под пыльной ветровки ключи и носовой платок, готовясь к очередному трудовому дню, где каждое движение подвергается гневным упрекам отца. В сумочке: зеркальце для макияжа, повязка для волос, лишь паспорт остается неизвестен, а в кармане - смартфон, на котором ждет рабочий чат....
Веселый диалог, гость хочет зрелищ, хозяин дает ему только хлеб.
Расставляю на стол тарелки, бокалы, мясо, лаваш, овощи. Руки дрожат, ведь Луиза сказала просто оставить и уйти. Какой черт меня дернул сделать сервировку?
Разворачиваюсь, делаю несколько шагов к выходу, между лопаток жжет, кажется, что еще немного и в меня воткнули большой раскаленный металлический кол.
– А ну, стоять.
Задерживаю дыхание, выполняю приказ.
– Повернись.
Это не голос хозяина, это гость, у него характерный восточный акцент.
– Слышишь меня? Повернись,– грубо, требовательно.
Не хочу этого делать, но делаю.
– О, какая милая покорная служанка. У тебя тут все такие Хасан? Дашь мне ее поиграть на ночь?
Делаю глубокий вдох через нос, наконец, поднимая голову и взгляд. Смотрю на молодого мужчину, похож на турка, нос с горбинкой, черная щетина, миндалевидные глаза, крепкий, высокий, на полноватых губах наглая ухмылка.
– Хасан, можно я ее тархну, раз уже никого нет, и ты не разрешаешь шлюх. Она мне направится, а если девственницей окажется, даже заплачу.
Что он несет?
Никто с ним не собирается трахаться за все деньги мира, с меня хватит, я это уже проходила. Мужчина подходит ближе, я бы сделала шаг назад, но это скажет о моем страхе. Я всегда прячусь, забираясь в собственную скорлупу, так нельзя, но я еще слабо умею сопротивляться.
Смотрю теперь в его грудь, чувствую запах мужского тела, передергивает от того, когда он проводит костяшками пальцев по моей щеке, задевая перстнем на среднем пальце.
– Такая нежная кожа, такая покорная девочка. Хочешь пойти с дядей Османом, он тебя не обидит, ну разве что немного. Такие пухлые губки, хочешь почувствовать на них мою сперму?
Мужчина смеется, голос эхом разносится по гостиной, у меня закладывает уши, сжимаю челюсти до боли, медленно перевожу взгляд в сторону.
А меня прошибает током.
Он смотрит.
Тяжело.
Уничтожая взглядом.
Он словно видит меня впервые, и плевать на то, что буде.
Мне некуда бежать и некого просить о помощи и сейчас то, что будет со мной, зависит только от него.
От хозяина.
Во всех смыслах этого слова.
Глава 18
– Я хочу уйти.
Темный коридор, плохо вижу выражение лица Луизы Азизовны, но чувствую ее эмоции, которые как бомба замедленного действия – сейчас только тикает, но скоро рванет.
– Что значит уйти?
– Уйти совсем из этого дома, мне не нужна работа.
До боли сжимаю пальцы, а у самой все нутро выворачивает, практически ломая кости.
