Старший брат Андрей внезапно становится злым хозяином волчьей стаи. Усталая и непонимающая девушка вынуждена помогать ему в шале, где царит хаос и непрекращающийся шум ветра. Вместе им предстоит не только учиться контролировать сильные звери, но и бороться против собственных страхов и желаний....
— Что ты хочешь знать? — рыкнул черный получеловек — полуволк, резко повернув пасть в мою сторону. — Как мы злили тебя специально, чтобы не дать сойти с ума? Чтобы ты нормально обернулась, оставшись при этом в здравом уме и памяти?
— Я это уже поняла, — тихо ответила я, тихонько отодвигаясь как можно дальше от Баева. Несмотря на габариты машины, далеко мне продвинуться не удалось: через несколько мгновений я уже прислонилась к обшивке двери.
Оборотень по — хищному улыбался.
— Не убежишь от меня. Не отпущу.
Он медленно надвигался на меня — огромный, злой и раздражённый хищник.
Через несколько бесконечных мгновений машина, резко заведясь, тронулась с места, а с водительского сидения до меня донеслось довольное фырканье.
— Пристегнись, — бросил коротко Баев, заметив, что открыла глаза.
— Ты ведь сейчас специально….? — не выдержала я. — Специально меня пугал?
— Хочешь проверить? — иронично поднял бровь Кирилл. Я покачала головой.
— Нет уж, спасибо.
— Тогда какие вопросы?
— Ты ведь заглядывал в мои воспоминания? — спросила я. — Ты же видел то, что видела я — искалеченную девочку, пара которой не сдержался… не удержал свою силу… Понимаешь, насколько мне страшно, когда ты меня так пугаешь?
Баев рыкнул, вывернув руль. Машина, перекрыв пустынную дорогу, встала на месте."
"— Запомни, девочка, я не шут из балагана, чтобы с тобой играть… — Я чувствовала, что волк Кирилла рвётся наружу, но Баев, словно кремень, удерживал спокойствие.
— Я не…
— Не перебивай, — рыкнул Кирилл. — Всё равно будет так, как захочу я. Ты же должна учиться, думать и ещё раз учиться….Я — твоя истина в последней инстанции. Если я учу тебя нашим правилам — будь добра, слушайся, и не позорь ни своего отца, ни своего брата.
— Или убиваете, — горько усмехнулась я. Баев ощерился.
— Таковы наши правила. И ты не должна с ними воевать. Ты обязана отстаивать их наравне со мной.
Я попыталась перевести взгляд на дорогу, но когтистая мужская рука не позволила мне этого.
— Я не пугаю тебя, Настя.
