В центре Москвы, где стихия шума завладевает всем пространством, главный герой нащупывает зыбкую нить между суетой и тишиной. Здесь каждый шорох — сигнал о том, что кто-то рядом, но никто не слышит его голоса. Каждая улица — театр, где отрезанные пальцы и стук часиков играют в постоянную симфонию ночного города....
Постояли под высоким, засыпанным звездами небом. Теплый воздух шелестел листьями растущих рядом с рестораном деревьев.
— Красота, — прошептал Виктор и в его голосе зазвучали нотки грусти.
— Да, — сказал Ник и вздохнул.
— Почему так печально? — прозвучал рядом, со стороны деревьев, мужской голос, показавшийся Виктору страшно знакомым. — Жизнь прекрасна, несмотря на мелкие и крупные трудности…
— Георгий? — спросил Виктор, уже заметив стоящего возле ближнего дерева человека в сером плаще.
— Да, Георгий, — прозвучал ответ.
— Будем знакомы? — спросил он. — Пора уже познакомиться, раз случай представился. Случай ведь — бог жизни?!
Ник пожал руку Георгию, а в голове снова прозвучали только что произнесенные Георгием слова «Случай — бог жизни!» Это же была его фраза, полученная «в наследство» от погибшего в Африке друга и коллеги. Случай — бог жизни…
— Вы к морю уже ходили? — спросил Георгий, поправляя шляпу.
— В Кирении, — ответил Виктор.
— Здесь море и поближе есть, — сказал он и, кивком головы показав направление; пошел к дороге. Молча они втроем дошли до берега. На это понадобилось минут пятнадцать. Уселись на ствол поваленного дерева лицом к покачивающейся на волнах лунной дорожке.
— Хорошо быть вдали от родины, — проговорил Георгий, ни к кому не обращаясь.
Было слышно шипение волны, облизывающей осыпавшийся камнями берег.
— Вот ведь интересно, — продолжил Георгий, глядя на море перед собой. — Почти двадцать пять лет живет себе страна, никем кроме Турции не признанная — Турецкая Республика Северного Кипра.
Георгий сидел с краю. Медленно повернув голову, он посмотрел на лица Виктора и Ника.
— Год назад здесь отдыхал Броницкий, — говорил Георгий. — Со своими новыми друзьями…
Виктор, услышав про Броницкого, ожил. Посмотрел на Георгия. Словно ожидал продолжения. И оно последовало.
— Друзьям показалось мало той суммы, которую он мог снять в одиночку, без двух старых друзей, не знавших, где он отдыхает… Поэтому, вернувшись в Киев, он стал придумывать, как бы всех троих собрать здесь и, когда все будет сделано, от двоих отделаться… Ему, наверно, пообещали место премьер-министра, хотя оно стоит дешевле этой суммы…
Красивый бархатный баритон Георгия звучал на фоне шипения волны почти как музыка, как текст из какого-то фильма, начитанный талантливым актером.
— Он сам поднял волну и сам от нее захлебнулся…
— То есть вы его убили? — спросил Виктор.
