Взгляды двух журналистов на встречу с невысокой женщиной из Азади ярко контрастировали — один был наполнен любопытством и опаской, другой — осторожностью и безграничным интересом. На рынке она шла как обычная торговка, но эти глаза... Они заставляли задуматься о том, что скрывает недоступный для многих мир Ирана....
– Это полковник Уинсли. Полковник, это миссис Ривз, моя жена и хозяйка этого дома. Прошу меня простить, я должен отлучиться – служба! Милая, займи нашего гостя. Скоро будем обедать, ты же приглашаешь мистера Уинсли к нам на обед?
– Полковник! – Женщина протянула руку с изяществом, от которого сердце закаленного солдата дрогнуло. – Прошу вас, располагайтесь. Вам необходимо отдохнуть с дороги. Дела подождут, а выпить скотч и расслабиться в домашней обстановке бывает необходимо и солдату. У нас здесь поистине домашняя обстановка, мы стараемся принести в каждый угол, куда бы нас ни заносили судьба и долг, частичку своего дома, частичку старой доброй Англии.
Миссис Ривз взяла серебряный колокольчик и позвонила, с улыбкой глядя на гостя. Полковник браво развернул плечи в своем кресле. На звонок пришла миловидная горничная. Уинсли перевел покровительственный взгляд на служанку, но несколько разочаровался, когда горничная даже не взглянула на него.
Выслушав приказание, горничная чуть присела в легком книксене и удалилась. Миссис Ривз снова обратилась к гостю:
– Так что вас привело в Тегеран, дорогой полковник?"
"– Ну что вы! – Уинсли сделал небрежный жест рукой. – В такие минуты, когда ощущаешь почти домашнюю атмосферу – а вы, миссис Ривз, умеете создавать и хранить подобную атмосферу, – совсем не хочется говорить о делах…
– Вы мне льстите, полковник, – смутилась женщина.
Они болтали, ведя милую светскую беседу и умело не касаясь служебных дел, когда горничная принесла поднос. Полковник, как истинный джентльмен, отправил служанку восвояси и принялся самостоятельно ухаживать за дамой, разливая виски по бокалам. Уютно потрескивали дрова в камине, приятно горячил кровь шотландский выдержанный скотч.
Когда вернулся Гэрри, беседа текла в каминной свободно и непринужденно. Однако, когда хозяев и гостя пригласили к столу, Дженнифер поднялась с кресла, опираясь на руку мужа, и вдруг побледнела и пошатнулась.
– Что с тобой? – Муж сжал руку Дженнифер, с тревогой глядя в ее глаза.
– Голова что-то… – прошептала женщина, опираясь на руку Гэрри и спинку стула. – Нехорошо… тошнота…
Полковнику пришлось удалиться, хотя он предлагал помощь.
