Автор
Илья смотрит сообщение на смартфоне — оно запыхается. "Отец." Его дрожащая рука кладется обратно в карман штанов, оставляя след от кожи. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот вырвется из груди. Как он мог быть там? Он не должен был знать. Это — измена, непростительная....
Точнее, я мою! А она только старательно трёт полотенцем и ставит на стол. Я не пытаюсь её обвинять в красноречии. Спасибо на том! Но Динка задумчива и молчалива. И я порываюсь спросить, что случилось. Однако она опережает меня:
— А ты тоже родишь себе кого-нибудь?
— Что? — выключаю я воду.
Динка, не глядя, бросает:
— Как папа.
Я кладу губку:
— С чего ты взяла?
— Ну, — она пожимает плечами, — Мало ли.
— Нет! — спешу убедить её. А точнее — себя! Как бы Витя ни намекал, но я не готова к такому. Ребёнок. Пелёнки.
Динка хмыкает:
— Ладно, — и тень невесомой улыбки скользит по щекам.
Так вот чего она боится? Что я рожу себе младшего?
— Мне и вас с Денисом хватает, — меняю я тему, — Хватит вам ссориться! Я же его наказала за рукоприкладство. Конфисковала дрон.
— Этого мало, — хмурится Динка, — Пусть извинится!
«Вот с этим гораздо труднее», — думаю я. А вслух говорю:
— Хорошо, я скажу ему.
Динка не верит. И правильно! Ведь заставить Дениса просить извинений всё равно, что об стену горох.
— А как его фамилия? — интересуется Динка.
— Витина? — я опускаю глаза, — Харитонов.
— Ммм, — отзывается Динка. Продолжает задумчиво драить тарелки. Но вдруг пугается собственным мыслям, — А, если вы поженитесь, то мне тоже придётся менять фамилию?
— Что ты удумала? — хмурюсь я, — Нет! Никто не собирается жениться.
— Странно, — хмыкает Динка, — Значит ты не та, на ком он хочет жениться.
Я уязвлено молчу.
— Да ладно, не парься, мам! — утешает дочура, — Он всё равно не подходит тебе.
— А кто же мне подходит по-твоему? — уточняю я сдержанно.
Динка вздыхает:
— Ну, дядя Эльдар, например.
— Мы с дядей Эльдаром друзья, — решаю напомнить.
— Подумаешь! — фыркает Динка, — Маринка тоже сначала дружила с Антоном, а потом они стали встречаться.
Речь о подруге, всего годом старше её.
— Молодые да ранние, — шепчу я под нос, и вдруг вопрошаю, — А Маринка твоя ещё девственница?
Динка едва не роняет тарелку:
— Конечно! Ты что?
Я выдыхаю. Грожу Динке пальцем. Тот в пене. И выглядит эта угроза забавнее некуда! Динка в ответ усмехается. Ставит тарелку на стол.
— Я читала, что у девственниц не появляются морщины, — объясняет она.
— Да что ты? — вздыхаю, — Так вот в чём секрет.
Динка кивает с таким умным видом, как будто открыла мне истину.
