Автор
Илья смотрит сообщение на смартфоне — оно запыхается. "Отец." Его дрожащая рука кладется обратно в карман штанов, оставляя след от кожи. Сердце колотится так сильно, что кажется, вот-вот вырвется из груди. Как он мог быть там? Он не должен был знать. Это — измена, непростительная....
И я с лёгкой жалостью думаю, что Ромео придётся несладко. Ибо эта причина для Динки весомее всех.
Глава 45. Илья"
"Пока Снежана с Никиткой проводят время на массаже у детского доктора, я совершаю прогулку. Бесцельно слоняюсь по центру. Большой торговый дом, собственность Кости Никифорова, как и прежде стоит, зазывая гостей.
Обветшал, как и его полноправный хозяин! Столько лет прошло с тех пор, как он воздвиг себе «памятник». В те времена, на фоне простых павильонов, киосков и прочего сброда, он выглядел, точно король.
Вхожу, ощущая дыхание города. Суета в выходной объяснима. Я бываю тут часто. Наша квартира находится неподалёку. Раньше ходить не любил! А теперь, когда Насти здесь нет…
Невольно бросаю взгляд на отдел, где она начинала. Помню, как вырвал зубами у Кости. Он обещал это место кому-то ещё. Но мне было всё равно! Я доплатил, и сказал, чтобы он утаил от супруги реальную цену. Срослось! Настя порхала, как птичка. Как долго она не решалась начать.
— Ну, какая я бизнес-леди, Илья? — повторяла она.
— Очень даже симпатичная, — убеждал я как мог.
Помню, заказывал вывеску. Магазин назывался «Кокетка». Всё просто, со вкусом, на розовом фоне отчётливо виден таинственный силуэт. Насте понравилось! Она как ребёнок, бродила вдоль стен. И вслух представляла, как развесит наряды.
В тот вечер открыли шампанское. Я поздравил её от души. Дети были у бабушки. Лето. Сверчки на террасе. И мы… занимаемся сексом на влажной траве.
— Станешь самостоятельной, — рассуждал я, уже утолив свой порыв.
Мы лежали, прижавшись друг к другу. Не желая вставать.
— Это как? — спросила она.
— Это…, - я задумался, — Когда женщина чувствует, что мужчина ей больше не нужен.
Настя нахмурилась:
— Глупости! Ты будешь нужен всегда.
Я отклеил от Настиной кожи травинку. Склонился, прижался губами к губам. Нам обоим казалось тогда, что нет той причины, способной разрушить наш крепкий союз. Мы выдержим! Выстоим вместе.
«Мы», — думаю я, глядя на вывеску «Эл' Галантея». Теперь здесь торгуют зонтами и сумками. Теперь это место послужит кому-то ещё…
Знаешь, я думал, что право имею тебя осуждать. Я себя оправдал! Я сумел доказать себе, что эта ошибка, этот поступок, был неизбежным изгибом судьбы. А ты? Ты пошла добровольно к чужому. Ты легла с ним в постель. Ты дала ему трогать себя, обнимать. Ты! Та, кого я избрал себе в жёны. Та, кому я признался в любви. Та, в кого я влюбился впервые.
