Автор
За мной следят. Меня сбрасывают со счетов. Я возвращаюсь домой и продолжаю пить горький чай, пряча телефон за спину. Слова "Макс не мог нас найти" разносятся по городу среди толпы, я чувствую себя затерянной здесь, но знаю, что он далеко.
"
"Темные волосы падают на лоб, легкая небритость на жестких скулах, резкий росчерк губ. Красивый мужчина. Из той породы, которая неизменно притягивает взоры женщин. Меня когда-то притянул, примагнитил к себе намертво.
Он, наконец, поднимает взгляд и, заметив меня, спрашивает:
— Проснулась?
— Не уверена.
Я уже готова, к тому, что сейчас этот странный сон распадется на осколки.
— Уже почти полдень, — как ни в чем не бывало произносит он, и у меня сжимается что-то внутри. Сокращается так сильно, что почти больно.
Я не верю…Не могу поверить…
— Как мы здесь оказались? Я не помню.
Он хмыкает:
— Ты заснула в машине. Ехать обратно – долго, поэтому я завернул сюда. Ты проспала весь вечер вчера и полдня сегодня.
В памяти пробиваются разрозненные обрывки – серые дома за окном. Знакомый подъезд. Соседка с рыжим шпицем привычно здоровается и проходит мимо, будто ничего необычно нет в том, что я снова здесь. Тихий скрип двери. Едва уловимый, но такой родной запах дома.
Мягкая кровать и теплое одеяло. Потом провал.
То есть это…это…
— Это не сон? — спрашиваю вслух.
— Как все запущено, — Максим хмыкает и, сохранив файлы, захлопывает крышку ноутбука.
Я все так же стою на месте, наблюдая за тем, как он поднимается, но идет не ко мне, а к плите и ставит на нее чайник. При этом выглядит так обычно, словно ничего из ряда вон не произошло. Будто не было всего того говна, в котором мы барахтались в последние месяцы по моей вине.
— Максим…
— Есть будешь. Это не вопрос если что, — он идет к холодильнику, — пока ты спала я заказал доставку.
Вынимает оттуда несколько контейнеров, потом достает тарелки.
И все это буднично, размеренно, а у меня слабеют ноги. Я тихонько опускаюсь на табуретку и, прижав руки в груди, продолжаю таращится на своего бывшего мужа.
Неужели и правда не сон?
***
— Выдыхай! Лопнешь, — напоминает о том, что емкость легких не бесконечна.
— Пытаюсь.
Сегодня мне чертовски стыдно за свои слезы.
— Ты, наверное, считаешь меня истеричкой?
— Я считаю тебя стервой.
— Но…
— Беременной стервой, — просто отвечает он, продолжая заниматься едой. Что-то разогревает, что-то просто накладывает.
