В пространстве, где сердца часто звонят от боли, Аня боролась за саму себя. Корней, холодно цепляющийся за последние надежды, молчал, но его взгляд говорил о решимости. Тяжелый душевный бой, где каждый слово имеет значение, вписывался в атмосферу таинственной и напряженной любви....
А завтра ведь первая пара. И хочется встать пораньше, чтобы приготовить что-то для Корнея… Такого терпеливого сегодня. Такого…
Что сердце щемит. И снова становится стыдно, потому что так долго считала его не способным на подобное. Жестоким. Черствым. Билась о него, как о стену, и не подумала бы, что о нее — стену — можно ведь опереться…
Еще несколько секунд смотрела в потолок, а потом повернулась на бок, так же — не моргая — глядя уже в стену, разделявшую спальни. Почему-то не сомневалась, что он сейчас спит.
Закрыла глаза, подложила ладони под ухо, представила…
Что он выходит из своей спальни, не стучится, но тихо открывает ее дверь, заходит… Ничего не говорит и не спрашивает, ложится рядом, притягивает, утыкается в волосы, шепчет что-то романтично-неправдоподобное, похожее на: «без тебя не спится»… И тут же засыпает сам. И она тоже — чуточку позже, когда эмоции поутихнут.
Да только…
Так не будет. Не к сожалению и не к счастью. Просто потому, что в этом состоит их реальность.
Аня снова вздохнула, снова перевернулась на спину, снова уставилась в потолок… Зачем-то вытянула руки, фокусируя взгляд на них.
Сейчас не дрожали. Сейчас были спокойными. Просто хотели… Обнять Корнея. Прижаться, уткнуться, забыться…
Почему-то сомнений не было — это единственный вариант уснуть.
Если поднимала руки Аня плавно, то опустила резко, позволив им обрушиться на одеяло, закусила губу, застыла, задумалась, прислушалась…
Сердце немного ускорилось, потому что послышалось шевеление где-то там… Но звук не повторился.
Аня откинула одеяло, подползла к краю кровати, на цыпочках до двери, оттуда в коридор…
Темный и тихий…
Чувствуя легкую внутреннюю дрожь к двери уже в его спальню… Очень аккуратно ручку вниз. Потому что… Она не хотела разбудить.
