В пространстве, где сердца часто звонят от боли, Аня боролась за саму себя. Корней, холодно цепляющийся за последние надежды, молчал, но его взгляд говорил о решимости. Тяжелый душевный бой, где каждый слово имеет значение, вписывался в атмосферу таинственной и напряженной любви....
Просто… Прилечь, посмотреть на него, успокоиться, даже не коснуться, а просто почувствовать — он рядом. Все хорошо. Ему она нужна. Кому-то, может, нет. А ему…
Аня закрывала дверь еще аккуратней, мысленно похвалила себя, когда получилось сделать это даже без щелчка, только потом обернулась — все так же, на цыпочках, снова застыла…
Когда-то давно отмахивалась от собственных мыслей о том, как он может спать, а теперь зависла, разглядывая…
Голую спину, крепкие, рельефные плечи, повернутую голову, спокойное лицо, вытянутую левую ногу, согнутую в колене правую со слегка задранной на ней пижамной штаниной.
Запрещая себе даже дышать громко, Аня сделала несколько шагов туда — к пустующей подушке, к сваленному кучей одеялу… Усмехнулась собственной мысли, что спящий Высоцкий — непозволительно далек от порядка.
Опускалась на край кровати очень аккуратно, аккуратно же ложилась… Выжидала полминуты, снова глядя в потолок, но уже его спальни, потом тихонечко повернулась на бок…
И выдохнула, непроизвольно улыбаясь, глядя влюбленно, забывая, что пришла сюда для успокоения.
Спящим. Неподвижным. Желанным. Любимым. Вроде бы беззащитным, но таким, что чувствуешь себя беззащитной рядом… И защищенной тоже чувствуешь.
Пока он не делает неожиданно глубокий, шумный вдох, пока не открывает один глаз, щурится, хмурится, закрывает…
Вытаскивает кисть из-под подушки, тянется к лицу, трет, приподнимается на локтях… Взъерошенный, хмурый, сонный, смотрит…
На застывшую.
— Аня… — непроизвольно улыбнувшуюся, когда он обращается хриплым после сна голосом. Не то, чтобы сильно довольный, но… Вздыхает, снова ведет пальцами по глазам, сначала ерошит волосы, потом смотрит на нее. Уже более сосредоточенно. — Давно пришла? — и спрашивает, несомненно, не то, что первым пришло в голову. Не «какого черта?», а «давно ли».
— Нет. Только что. Ты сразу…
— Зачем? — Корней перебил, явно не расположенный к долгим беседам. Потянулся к телефону на тумбе, сильнее сощурился, проверяя время. Вернул на место, потом снова взгляд на Аню.
— Не могла заснуть. Подумала… Я просто рядом побуду. Можно? Я не буду мешать. Просто…"
"Продолжая держаться на локтях, Корней позволил голове провиснуть, закрывая глаза, шумно выдыхая. Аня знала — ему происходящее не нравится. Знала, почему.
