В тени дырчатого фонаря он ощущал холод призрачной лабиринтной комнаты. Ее свет играя, подчеркивал уродливость стен и притоптал непонятные звуки. Каждый шаг вызывал мерцание отдаленных стен — в этом мраке он чувствовал себя одиноким фонарем в бездонной темноте, где каждая тень могла быть не только самим собой....
И я напрягла память. Ничего. Пустота. Воспоминаний Йолы не было! Паника подступила к горлу. Как я без них?! Я не смогу читать, писать? Знать то, что знала она? Мне же конец придет! Быстрый и неотвратимый!
Аппетит пропал, в голове забилась паника. Я громко положила вилку на столик.
— Сав! Принеси мне книгу!
— К-какую?
Но я не обращала внимания на удивление в его голосе и возмущенное кряхтение управляющего «Насреддина».
— Какую угодно! Любую страницу с текстом!
Сав протянул мне листок со списком, который держал в руках.
— Подойдет?
Я попыталась прочесть, но незнакомые буквы остались незнакомыми! Память Йолы меня покинула! Черт! Да я теперь спалюсь, только идиот не поймет, что со мной что-то совсем не то. Одно дело — вести себя немного странно, получив под кожу тьму, а совсем другое — забыть историю, традиции, этикет, правила поведения, суеверия, людей, которые знали Йолу, забыть, как читать и писать, да вообще — все забыть! Я же тут не выживу!
Страх бился в висках, и, откликаясь на нее, закололо сердце.
Тьма выплыла из пальцев, ногтей.
— Сав, проводи управляющего, — сказала я, изо всех сил пытаясь себя контролировать и пряча руки за спину. Да, еще глаза в пол.
Он, умничка, понял. Подцепил управляющего под локоть, собираясь вывести его из комнаты. Правда, Насреддин не собирался подчиняться приказам, как он думал, рабыни.
— Да где тебя учили, наглая девчонка! Ты должна открывать рот только по приказу! Ты что о себе возомнила? Я скажу твоему хозяину! Где это видано, чтобы рабыня в присутствии мужчин ела? Чтобы приказы отдавала?!
Его белая аккуратная борода тряслась.
Тьма поняла это как приказ, как команду к действию. Она зашептала что-то в моей голове, кажется, радовалась, а потом вырвалась сплошным черным полотном.
Мое сердце билось как сумасшедшее, вместе с ним пульсировало в голове. Перед глазами потемнело, словно бы на лицо положили темную вуаль.
Я услышала только, как управляющий внезапно осекся, а потом увидела, как на пол рухнуло его тело. Тьма кутала его, наслаивалась, и он захрипел. Потом перед моим лицом появилось лицо Сава. Он открывал рот, что-то кричал, но я не понимала — как во сне, когда нет сил поднять руку и оттолкнуть. Он что-то сделал, вроде бы использовал магию — я ощутила ее как горячий поток воздуха.
