В мрачном лесу, где дождь бормотал грустную песню, семнадцатилетняя Даша стояла у фонаря. Ее курносый нос искривлялся от холода, как будто пытаясь найти что-то укрыться в сумерках. Этот оазис света заставлял ее сердце забыть холод.
— Мне стыдно, что я выдернула тебя, чтобы просто… Помолчать, получается, — честно добавила, взгляд на столешницу опустила.
Не ожидала, что Стас опустится рядом с ее стулом на корточки, ее руки в своих спрячет, дождется, пока она повернется к нему… Взгляд поднимать теперь не надо было, но в его глаза все равно сложно было смотреть.
— Нечего стыдиться, Носик. Я рад, что ты меня выдернула. Это честь для меня.
— Нет в этом ничего такого, чтобы честью звать… — Даша тут же попыталась ощетиниться, руки выдернуть, Стас придержал.
— Мне видней, Дашка. Просто поверь.
Опять имел в виду что-то непонятное, но дарующее ложную надежду.
— А что касается твоего решения… Ты правильно взяла несколько дней на раздумья. Взвесь все. Я не буду тебя убеждать одуматься. Но, если это случится, ты чуть успокоишься и решишь, что эта ночь была мимолетной слабостью — помни, никто не узнает о твоих сомненьях. Ни Богдан, ни родные.
Стас улыбнулся, поднялся, только потом руки отпустил, склонился к лицу, и…
Даша дыхание затаила, почувствовав дуновение теплого воздуха, выпущенного его губами. Оно щеки коснулась, а показалось, что сердца.
Стас еще ощутимо прижался губами ко лбу. Так, как детям проверяют температуры заботливые родители, выпрямился, пошел к двери. Не ждал, что хозяйка следом пойдет, не оглядывался даже.
Даше казалось, что он так и уйдет — обуется, ни слова не скажет, просто дверь за собой закроет и на том все… Но прошла минута, потом вторая… А щелчка слышно не было.
В которой обутый уже Стас стоял, глядя в телефон. Когда Даша остановилась в дверном проеме, опять улыбнулся.
— Пока, Носик. Зови меня. В любой ситуации.
— Спасибо, Стас… И прости еще раз, что я… Не хочу стать причиной для нового разлада у вас с Диной.
Хмыкнул, кивнул. Видимо, думал о чем-то, потому что ответил не сразу, но все же ответил.
— Не станешь, Даш. Мы разъехались. Разводимся. Это все.
Сказал, развернулся, вышел, Даша же…
Сползла по стеночке. В кровь хлынул адреналин, а в голову ударила ярая пульсация. Потому что Стас Волошин, кажется, опять свободен, но с дырой в сердце.
А она… По-прежнему в него влюблена.
Глава 12"
"Кольцо из-под тумбы Даша достала сразу, а вот заставить себя его вновь надеть так и не смогла. И решение изменить тоже.
