В мрачном лесу, где дождь бормотал грустную песню, семнадцатилетняя Даша стояла у фонаря. Ее курносый нос искривлялся от холода, как будто пытаясь найти что-то укрыться в сумерках. Этот оазис света заставлял ее сердце забыть холод.
Купить всякое… Хозяйственное… Я готова.
Даша сказала, а потом снова дыхание затаила, ожидая ответа…
— Ты бы поспала, Даш. Воскресенье ведь. У тебя ночь была тяжелой…
— Не хочу спать. Помочь хочу. Если могу, конечно. Это вежливость, Станислав Волошин. Ты помог мне. Я хочу тебе. Понимаешь?
Наверное, звучало убедительно. Даша готова была поклясться, что где-то там Стас улыбается, в трубке было слышно, что хмыкнул.
— Понимаю, Дарья Красновская. Понимаю… Ладно. Ты права. И помощь мне, пожалуй, будет нужна.
— Отлично. Я буду готова через полчаса.
Снова хмыкнул.
— Давай через час, Носик. И позавтракай там, а то ведь знаю, что ни спать не ложилась, ни крошки в рот не взяла.
— Непременно…
Даша скинула, понеслась в ванную. День как-то вдруг обрел смысл.
* * *— Ну мы и набрали, конечно…
Стас стоял у открытого багажника своей машины, глядя на тележку, доверху заполненную пакетами со всем на свете, начиная с пары постельных комплектов, заканчивая таблетками для посудомойки.
Как оказалось, Стас съехал со своей квартиры чуть больше недели тому. На несколько Дашиных попыток узнать, что стало решающим и насколько все серьезно, отшучивался. Видимо, тот выплеск информации, который позволил себе при встрече, был максимумом, потому что теперь всячески обходил тему Дины и своих с ней отношений.
Не что он съехал от жены, а она начала отсчет десяти дней, чтобы бросить жениха, а что они вдвоем наполняют свою квартиру…
Что Стас кивает, соглашаясь почти с каждым ее предложением, что улыбается, когда Даша заставляет сделать его небывало сложный выбор — коврика для ванной и стакана под зубные щетки и мыльницу…
— Это все вещи первой необходимости.
— Думаешь? — Стас потянулся к одному из пакетов, достал оттуда неизвестную ему финтифлюху, на покупке которой Даша настояла, глянул скептически, потом на девушку… Излишне серьезную, пожалуй, обратно бросил, вздохнул, начал перегружать покупки в багажник.
— Уверена.
— Ну тогда поехали, Носик.
