В теплый летний день я утопала в радостной независимости от будней. Настолько давно не чувствовала я природу так близко. Вдруг — странный тревожный звук заставил меня вздрогнуть, и мое внимание переключилось на забытую деталь: девочка шестилетнего возраста сидела спокойно, покачиваясь, словно в ожидании чего-то важного....
— Скажем так, есть дополнительные способы слежения помимо спутниковых систем. Ими оборудованы все мои машины. Особенно те, которыми управляю не я, а водители.
— Потому что никому не доверяешь?
— И это тоже. И потому что всё должно быть под контролем.
Глеб приподнял уголки губ, но было видно, что веселья в этой улыбке нет ни на грамм.
— Как так получилось, что за рулём машины был… этот… тип?"
"Теперь Ледов поморщился. Посмотрел на меня долгим взглядом, после чего отошёл и, заложив руки в карманы брюк, принялся смотреть в окно.
— Я не знаю, что тебе сказать на это. Мой просчёт. Моя невнимательность. Какая-то чёртова удача, которая постоянно давала ему быть на шаг впереди.
— Понятно.
Мне вспомнились слова Глеба, когда он говорил моему отцу о том, что является единственным, кто способен меня защитить. Совсем недавняя «я» сейчас бы припомнила это Ледову. Сейчас же у меня не было такого желания. Только какая-то бесконечная усталость.
Да, именно её я и ощущала. Усталость. Как только адреналин исчез, его заменило прямо противоположное чувство.
— Алёна… послушай… сейчас всё иначе.
Глеб подошёл ко мне, опустился на колени перед кроватью, на краю которой я сидела. Взял мои ладони в свои руки, взглянул снизу-вверх.
— Его больше нет. Мы можем жить свободно и спокойно. Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Абсолютно всё.
Я не знала, что ответить. Прислушивалась к себе и не находила слов. Кроме тех, что вертелись на языке, просто я не понимала до этого момента, что именно сказать. А сейчас — знала.
— Вот именно. Его больше нет и сейчас всё иначе.
Выпростав руки, я поднялась с кровати. И прежде чем выйти из спальни, попросила:
— Хочу переночевать в комнате для гостей. Не трогай меня до утра, пожалуйста.
А через мгновение дверь за мной тихо притворилась.
32
Когда я спустилась к завтраку, намеренно задержавшись в комнате как можно дольше, с удивлением обнаружила Ледова собственной персоной. Он сидел за ненакрытым столом, что-то просматривая в телефоне. Увидев меня, поднялся навстречу, улыбнулся.
Я мысленно фыркнула. Робко. И придет же в голову такое. Этот мужчина совсем не способен был ни на робость, ни на что-то подобное.
— Я думала, ты уже уехал, — сказала как можно спокойнее, присаживаясь на стул, который для меня отодвинул Глеб.
Я и вправду не только так думала, но еще и надеялась на это, если уж быть совсем честной. За прошедшую ночь, которую провела почти без сна, о многом передумала.
