Тени Ватикана плещутся в окна старой княгини. Под развязавшимися завязками маски Тонечка ловит дрожь и таинственность каждого нового выреза, когда она распутывает свои кудрявые шелковые волосы. Вокруг – мир монастырских стен и величественного храмового свода, а на самой поверхности – непостижимая сладость секретной истории в стенах этого строгого места....
После увольнения со службы я придумал себе самую авантюрную профессию в мире – телевизионный продюсер! А моя собственная жена, которая прекрасно осведомлена о деталях моей биографии, только сейчас догадалась!..
Герман отодвинул чашку, встал и обнял ее.
– Если бы ты была нормальной женщиной, – сказал он, улыбаясь ей в волосы, – я бы давно сошел с ума от скуки.
– Но ты всегда так меня ругаешь, если я делаю что-то… из ряда вон.
– Еще бы! – согласился он. – Конечно, ругаю. Я боюсь за тебя. И потом, концентрация авантюристов на одну семью не должна зашкаливать.
Он взял ее за подбородок, посмотрел в лицо, сделался серьезным и приказал:
– Давай повторим еще раз, по пунктам.
Тонечка послушно повторила.
– И никаких творческих идей и внезапных озарений, – приказал он.
Она кивнула.
– Так, я уезжаю, ты выполняешь свою часть задания и ждешь меня. Никуда не выходи и, главное, Родиона не выпускай. И ни во что его не посвящай.
– Йес, май лорд! – пролаяла Тонечка.
– Вери гуд.
Во дворе заурчала машина – огромный, тяжеленный британский гиппопотам темно-зеленого цвета. Ее мужу нравились именно такие автомобили, а Тонечка не могла понять, что в них хорошего.
Она так волновалась, что думала о чепухе.
…Только бы все получилось!
Интересно, удастся бывшему военному советнику договориться с действующим профессором антропологии?
Как хорошо, что муж наконец-то приехал!
Утро красит нежным светом стены древнего Кремля!
Чай или кофе? Кофе или чай?..
Чтобы занять себя, она принялась печь блины – дело долгое и приятное.
Потом разбудила мальчишку, соврала, что папа уехал на рынок в Тверь, накормила блинами и выпроводила на ручей рисовать.
Родион даже удивился немного:
– Тонь, а что, ничего не надо? Посуду, там, помыть? Или дров наколоть?
Про уроки он благоразумно не стал напоминать. Ну их совсем, уроки эти!..
– Дорожки можешь подмести, – сказала Тонечка. – Я тоже отойду на полчаса, мне за газ нужно заплатить.
Она придумала настолько скучный предлог, что мальчишка не стал ничего спрашивать – зачем, почему и где!.
С террасы Тонечка некоторое время смотрела, как он метет дорожку, шаркает желтой метелкой туда-сюда, – худой как щепка, высоченный, сутулый, – а рядом носится маленькая собака.
И вздохнула. Она должна уберечь его от всех бед и несчастий, защитить, укрыть, объяснить, что мир бывает жестоким и некрасивым!
Только вот как это сделать?
…Хорошо, что отец приехал.
