Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Казачий адмирал»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Исторический роман о казаках первой четверти XVII века. Запорожские воины нанимают опытного капитана, чтобы расширить свои набеги с северного побережья Черного моря на его южные берега. Перед героем встанет выбор между верностью казацкому братству и собственной честью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Вечером повара готовили в больших котлах на каждую сотню кулеш — пшенную кашу-размазню, в которую добавляли мелко порезанное сало, копченый окорок или свежее мясо, добытое охотой. Первые два дня был еще и хлеб, а потом ели сухари, довольно твердые и с неприятным запахом и привкусом, как догадываюсь, позапрошлогодние. Хотя спиртное в походах запрещено, первые дни казаки допивали прихваченное в дорогу, но не буянили, только песни пели. На ночь телеги ставили кривым кругом, и часть отряда — отцы-командиры и старые казаки — спала внутри него. Молодежь, чередуясь, охраняла их сон."
"Я хоть и был молодой, но в караулах не стоял, отрабатывал днем, охотясь. Отъезжал на коне от шляха и бил из лука или винтовки парно- и непарнокопытных. Если подстреливал тарпана или две-три косули, часть мяса раздавали другим сотням. По ночам иногда сидел с караульными, слушал их байки, которые ничем не отличались от тех, что рассказывали воины других народов и эпох. Все они сводились к тому, что люди делятся на везучих (бог бережет) и не очень. От последних надо держаться подальше, потому что болезнь эта заразная. Я тоже заметил, что те, кто не погиб в первых трех боях, воюют долго, а если умирают, то по чьей-то глупости. Видимо, в первых боях происходит естественный отбор воинов. Мне один «афганец» рассказывал, что дважды оставался жив только потому, что падал на доли секунды раньше сослуживцев. Видеть в этом божье заступничество — как минимум, льстить себе. Особенно, если ты убийца, грабитель и насильник. Получается, что, молясь, обращаешься за помощью к конкуренту своего покровителя. Как процитировал бы в таком случае лорд Стонор, «отец ваш дьявол, и вы исполняете похоти его».
Но чаще я просто лежал на попоне, вдыхая запах конского пота и знакомый с детства, горьковатый аромат степи, смотрел на яркие звезды Млечного пути и думал. Много о чем думал. В том числе и о том, что уже не хочу вернуться в двадцать первый век. Скучно мне там будет, особенно в отпуске. Разве что в сомалийские пираты подамся. «Не корысти ради, а токмо волею пославшей мя» привычки к экстриму, похоти которого пристрастился исполнять.
Глава 17
Первой на нашем пути оказалась деревня Васильевка. Ее захватили врасплох, подойдя ночью и напав ранним утром. Принадлежала Васильевка шляхтичу Корецкому. В центре деревни находилось его подворье — за высоким дубовым тыном рубленый, двухэтажный жилой дом и несколько одноэтажных хозяйственных построек. На углах тына по платформе под навесом. Имея два-три десятка воинов, в подворье можно было отразить атаку небольшого отряда казаков или татар. На счастье наше и, возможно, Корецкого, он с семьей находился в Виннице. В подворье обитали только слуги.
