В темном лесу, где каждое шелестящее ветерком дерево кажется предвестником зла, девушка ожидает непостижимой угрозы. Но солнце медленно выплывает из-за горизонта, освещая древний ствол и давая юлдуз шанс прийти в себя от страха.
Между нами кровь. Но слово свое они сдержат.
— Однако и выдержка у вас, молодой человек, — растерянно выдохнул князь.
— С горцами говорить меня отец специально учил. Непростой народ. Но если их обычаи уважать и веру не хулить, то и они тебя уважать будут. А более всего они силу уважают. Внутри которая.
— Духовную, — понимающе кивнул князь. — Что ж. Думаю, теперь полицмейстер может спать спокойно.
— Он и так хорошо спит, — рассмеялся Гриша. — Ваше сиятельство, а не прогуляться ли нам на базар?
— Хочешь оружие продать? — понимающе усмехнулся князь.
— А заодно и прикупить кое-что.
— Тебе что-то нужно? Только скажи, и слуги все принесут.
— Не стоит. Не барин. Да и самому всегда надежнее, — отмахнулся парень.
— Может, ты и прав, — смутился Николай Степанович. — И кстати, перестань меня титулом величать. Я и так знаю, что я сиятельство. Называй по имени-отчеству.
— Как пожелаете, Николай Степанович, — кивнул Гриша и направился в дом, переодеться и упаковать добытое оружие.
* * *"
"После прибытия в дом князя Гриша первым делом привел добытое оружие в порядок, вычистив его до зеркального блеска.
Этим оружием можно было владеть, но стать его хозяином мог только настоящий воин.
К тому времени водитель Ермолай выгнал из сарая автомобиль и, с важным видом усевшись за руль, прогревал двигатель.
— Клади свое барахло сюда. Нечего железом обивку драть. Да не бойся, не выпадет, — усмехнулся водитель, заметив сомнение на лице парня.
— Да я не за то беспокоюсь, — отмахнулся Гриша. — Оружие, оно ведь тоже уважения к себе требует. А ты его словно что ненужное, в сундук.
