Аватар Ивана Кочуева в Аду не был сердитым солдатом или монахом-проповедником — он стоял в легкомысленной, почти праздничной атмосфере. Не казачьи марши и не трепетные псалмы звучали у него над ушами, а шуточное дыхание веселья и беззаботности.
Во-первых, они считают себя чёрными, или тёмными, эльфами, то есть вас, людей, ненавидят люто! Во-вторых, они убеждены, что они мужчины! Да-да, именно так, просто злой волей рока временно поселённые в женское тело. В-третьих, они любят друг друга в… ну, как бы помягче… нежной розовой любовью. А поскольку называют себя мужчинами, то уж заодно признают и геями. Вы меня понимаете?
— С трудом… и явно не всё. Если они лесби, но считают себя геями, зачем привязывать Рахиль? Как правило, геи нормально относятся к девушкам…
— Как учил нас мудрейший наставник Чинь: «По одному лишь результату можно угадать, какая жидкость ударила в голову женщине и какая часть сбруи попала под хвост кобыле…» Лично мне кажется, они привязали её, чтоб ваша подруга сполна насладилась муками вашего падения.
— Но я не гей! У нас ничего не получит… — рьяно возмутился православный подъесаул и вовремя прикусил язычок.
— А принцесса точно скоро подъедет?"
"— Кто знает, друг мой, мы можем лишь надеяться… Что ж, если старушка Нюниэль действительно имеет здесь вес и авторитет, то, наверное, она одна и могла бы спасти ситуацию.
Но это в Раю, что же погнало её в Ад? Быть может, впервые этот вполне логичный вопрос вызрел в голове отчаянного молодого человека: что произошло между Нюниэль и остроухим наркоманом, отчего первая сбежала в Ад, а второй, привычно закурив, отправился на её поиски?
— Скажи-ка, дядя, — начал было казак и осёкся.
Озабоченные девчата, отложив мечи и луки, принялись сооружать на полянке некое подобие квадратной четырёхспальной кровати.
