В темноте озера видно лишь признаки человеческого жилья – полуразрушенная избушка, старые телеги утопленные под лед. Здесь не было ни души — только маленькая собачонка бежала за Калинычем на безопасном расстоянии после их встречи с Кофейником в последней деревне.
– Куда? – Малашкин от неожиданности встал на месте как вкопанный.
– Не знаю, не могу вам сказать, – парень смотрел неприветливо и голову наклонил, как баран перед новыми воротами, – они не оставили ни адреса, ни телефона… Эй, вы что?
Малашкин одним шагом приблизился к стойке и схватил администратора за плечо.
– Ты мне лапшу на уши не вешай, – прошипел он, – как это «они переехали», если вчера еще об этом и знать не знали?
Молодой человек попытался вырваться, но неудачно. Плечо как будто сжали стальными тисками, он увидел посетителя вблизи и понял, что за гнусными очочками и жидкими волосиками скрывается человек сильный, жесткий и безжалостный, если нужно.
– Сам не понимаю, – он поник головой и стал похож на барана, который узнал, что назавтра у хозяина ожидается много гостей на шашлык, – рано утром бежит от них эта…
– Эльвира? – понимающе усмехнулся Малашкин, отпуская многострадальное плечо администратора.
– Ну да, она говорит, что переезжают они, и чтобы я никому про это не говорил. И еще что-то пробормотала, руками вот так сделала и ушла… А так бы я разве посмел с полицией спорить…
– Я следователь прокуратуры, – напомнил Малашкин.
– Тем более… – проблеял молодой человек.
Но Малашкин этого уже не слышал, он побежал в офис под номером двадцать восемь, где буквально вчера находилось подозрительное агентство недвижимости «Инститорис». И застал там полупустую комнату, где на полу валялись рассыпанные бумаги, в углу были сложены оставшиеся папки, столы сдвинуты к стене, а вся офисная техника исчезла, стоял только посредине ксерокс.
Пока Малашкин горестно обозревал комнату, открылась дверь, и вошли два грузчика. Были они в фирменных синих комбинезонах, с виду аккуратные и непьющие. Не обратив внимания на Малашкина, грузчики взялись за ксерокс и потащили его к выходу. Но младший споткнулся о папку, некстати валявшуюся на пути, и выронил свой угол. Старший тоже не удержал, и ксерокс свалился ему на ногу.
Перед тем как снова взяться за ксерокс, старший грузчик высказал младшему все, что он думает о нем самом и о его родственниках примерно до четвертого колена.
– Я ж вам велел по черной лестнице носить! – сердито крикнул администратор, но грузчики и на него не обратили никакого внимания.
Они пересекли холл и скрылись за дверью служебного входа.
