Книга Балтиморов — читать онлайн бесплатно полностью

— Нет, это упражнение, — ответил Хеннингс. — Если, конечно, вы не бросаете мяч в голову своим маленьким друзьям.

— А я на днях увидела в буфете паука и закричала, потому что испугалась, — смущенно призналась какая-то девочка. — Я озорница?

— Нет, кричать от страха можно. А вот кричать, чтобы оглушить своих товарищей, — это озорство.

— А если кто-то кричит из озорства, а потом говорит, что увидел паука, чтобы его не наказали? — озабоченно спросил другой ученик, волнуясь, как бы кто-нибудь не обошел закон.

— Так поступать нечестно. Нечестным быть нехорошо.

— А что такое «быть нечестным»?

— Это значит не сознаваться в своих поступках. Например, если ты притворяешься больным, чтобы не ходить в школу, это очень нечестно. Еще вопросы?

Какой-то мальчик поднял руку:

— А «секс» — это грубое слово?

Ученики затаили дыхание, а Хеннингс на миг смешался.

— «Секс» — это не грубое слово… но это слово, скажем так… ненужное.

Зал загалдел. Если «секс» не грубое слово, значит, его говорить можно, правила Оук-Три это разрешают?

Хеннингс постучал по кафедре, призывая к тишине, и назвал всех озорниками. Все сразу замолчали.

— Слово «секс» говорить нельзя. Это слово запрещено, вот.

— Почему запрещено, если это не грубое слово?

— Потому что… Потому что это плохо. Секс — это плохо, вот. Это как наркотики, это ужасная вещь."

"Тетя Анита, узнав от Хеннингса, какой рассказ написал Гиллель, совершенно растерялась. Она уже перестала понимать, то ли Гиллель невинная жертва, то ли он расплачивается за свои провокации; она знала, что порой его тон может раздражать или выглядеть наглостью. Он схватывал быстрее других, во всем опережал своих ровесников; на уроке ему быстро становилось скучно и не сиделось на месте. Остальным детям это действовало на нервы. Что, если Хеннингс прав и Гиллель — просто жертва озорства, причиной которого был он сам? И она говорила мужу:

— Если все ополчаются на одного, то, наверно, такой человек не слишком вежливо себя ведет, верно?

Она решила объяснить одноклассникам Гиллеля, что такое школьный харрасмент: иногда человек настраивает всех против себя просто потому, что слишком хочет влиться в класс. Она обошла все дома в Оук-Парке, поговорила с родителями и долго втолковывала детям: «Иногда думаешь, что озорство — это просто игра, и не понимаешь, сколько зла причиняешь своему товарищу». Примерно так она беседовала с мистером и миссис Реддан, родителями маленького Винсента, он же Хряк. Редданы жили в роскошном доме неподалеку от Балтиморов. Хряк внимательно выслушал тетю Аниту и, едва она умолкла, разразился немыслимыми рыданиями:

— Почему мой друг Гиллель не сказал, что чувствует себя в школе изгоем, это же просто ужасно! Мы все его так любим, не понимаю, почему он нас сторонится.