Офицер выдвинул троих солдат на сто метров вперед для разведки прохода, позволяя колонне подтянуться отстающим. Солдаты скрывались за валуном, прячашься среди камней и скал, когда Беркут кричит по-немецки, ожидая ответа дозорных. Вокруг царит тишина, развеиваемая лишь шелестом ветра между камнями....
Он, конечно, понимал чувство человека, видящего, как, отпущенный восвояси, спасается его недавний палач, однако отменять свои решения было не в его правилах. — Ты сам видел убитого им офицера.
— А что ему, немца жалко, что ли? Дурак я, что не выпотрошил его, гада.
— Оружием можно лишь убить человека, воскресить его оружием невозможно, — уже на ходу заметил Беркут. — А словом, доверием, прощением — это иногда удается.
24
До выхода радиста на связь оставалось два часа. Во время этого сеанса он должен был передать согласие Беркута следовать в район, который будет указан в радиограмме Украинского штаба партизанского движения, для отлета на Большую землю.
Вопрос следовать или не следовать в район, который будет указан, для Беркута не стоял. Андрей вообще не понимал, почему при этом спрашивают его согласия. Он офицер, и подчиняется приказам.
А вот с Мазовецким все обстояло сложнее. Никакого энтузиазма по поводу приглашения за линию фронта он не проявил. Беркута это удивило.
Ему много раз приходилось выслушивать от поручика всевозможные планы «прорыва к своим», то есть перехода в Англию или в Африку, к союзникам, где он мог бы вступить в одну из частей Войска Польского, формирующихся за рубежами Польши.
Что и говорить, планы эти были фантастически сложными. И, очевидно, неосуществимыми. Однако, понимая это, Беркут мудро щадил мечту и самолюбие своего друга, стараясь корректно прорабатывать каждый из них, взвешивая при этом все «за» и «против». И то, что до сих пор Мазовецкий не погиб где-нибудь в горах Чехословакии, на подходе к Швейцарии, или на побережье Балтики, было прежде всего заслугой Беркута.
Единственное намерение, которое он в принципе поддержал сразу же и безоговорочно, заключалось в желании поручика вернуться в Польшу и создать там партизанский отряд.
Правда, с походом в Польшу он тоже не советовал торопиться. Лучше подождать до весны. Когда впереди лето, есть время позаботиться об отряде, базе, о надежных связях.
