Валентина Степановна выглядела уставшей и раздраженной после долгого дня в огороде. Лизавета продолжала увещевать ее на мягкой нотке, пока Валентина не решилась сесть в машину соседки. Ночной город был наполнен будней: тусклые фонари, мерный шепот пешеходов и едва слышимый гул автобуса. Внутри машины запах свежего льда и табачного дыма усиливали ощущение отдаленности от реального мира....
Я взяла лист, угольком, выуженным из очага, чтобы не тратить время на чернила, нарисовала кости ноги. Примерно нарисовала сухожилия, и в случае с Варисом, проблема была в ахилловом и в коленном сопряжении. Я видела, как он сам присаживается на коляску, как распрямляет ноги в кровати. Значит, в районе таза никаких проблем не было.
Я села на тренажер и показала, как распрямляя ноги можно по миллиметру, сантиметру, но растянуть спастику. Муж в молодом возрасте рвал ахилл и после операции проходил восстанавливающую терапию.
Я рисовала и рисовала ему все эти «узлы» на человеческой ноге, а он молча смотрел и слушал, но ничего не говорил.
— Если вдруг ты захочешь поговорить об этом, я всегда здесь, - улыбнувшись, я подошла к нему, присела напротив и обняла его ноги. – Если есть хотя бы один процент на выздоровление, Варис, мы должны его использовать. Думаю, ты и сам захотел бы поиграть со своими детьми во дворе, или станцевать с Марией на балу.
— Спасибо, Алисия, я очень ценю твою заботу, но время уже позднее, и, думаю, моя жена не входит сюда, чтобы не мешать нашему разговору, - он суетливо собрал все бумаги, на которых я рисовала стопу и грузики, которые помогут выпрямить ее и колено. Я, не отрываясь, смотрела за его руками, боясь, что он все скомкает и бросит в огонь.
— О! Вы все еще беседуете! Пришли женщины из деревни и сказали, что двое саней уже приехали, а остальные явятся к утру, - Мария прошла мимо меня, встала рядом с Варисом и улыбнулась.
— Ну вот. А ты переживал, что моя подруга смущается и скромно стоит за дверью, боясь прервать нашу беседу, - хмыкнула я и улыбнулась ей в ответ, отчего она перевела взгляд на Вариса.
— Я вам помешала? – спросила она и изменилась в лице.
— Нет, дорогая, я уже уходила. Нужно пораньше лечь спать, но ты принесла добрые вести. Теперь не нужно утром и вечером ходить в деревню. Хотя я уже привыкла.
— Нет уж, спасибо, Алисия. Мы предпочитаем поспать в это время, - отрезал брат.
Не дождавшись, какую судьбу приготовил для моих бумаг Варис, я вышла из мастерской и уже из-за двери услышала отчетливый шепоток Марии. Думаю, она искренне переживала, что помешала нам, но ее муж, думаю, как никогда, был рад ее приходу.
