Валентина Степановна выглядела уставшей и раздраженной после долгого дня в огороде. Лизавета продолжала увещевать ее на мягкой нотке, пока Валентина не решилась сесть в машину соседки. Ночной город был наполнен будней: тусклые фонари, мерный шепот пешеходов и едва слышимый гул автобуса. Внутри машины запах свежего льда и табачного дыма усиливали ощущение отдаленности от реального мира....
Река давала жизнь этим землям, и рачительный хозяин ни за что не забросил бы их.
— Край моих земель, - прошептала я. – Край чужих земель, которые неожиданно оказались моими. Ну, ничего, подождите, отдохните год, а потом мы и вас причешем, удобрим, обработаем так, что краше вас и не найдется в этом мире.
— Обратно едем, или до моста хотите? Тогда там заночевать придется, госпожа.
— Нет, Бирк. То, что я хотела найти, я нашла. Едем обратно. Дел у нас с тобой невпроворот, - отозвалась я, выйдя на берег. Обсушила ноги, обулась и залезла в свою не совсем графскую карету.
— И чего вы нашли, госпожа?
— То поле, первое, как от деревни спустились. Сможешь сегодня выбрать лопаты покрепче, поточить?
— А чего не смогу? Мы еще засветло воротаемся.
— Завтра собери своих сыновей, да мальчонок постарше. Прямо с утра на это поле пойдем. Рыбы утром наловишь?
— Наловлю, - подозревая, что хозяйка задумала что-то совсем новое, неуверенно ответил Бирк.
—Рыбин шесть надо крупных, Бирк. Котел большой, соль, крупу даст Лидия.
— Зачем это, госпожа?
— Нам надо сначала небольшой кусок земли перекопать под посевы. Капусту посадим. А потом две хороших гряды поближе к дороге и реке. Там морковь. А со следующего дня будем копать не сплошь, а небольшими ямками. Потом навоз от конюшни надо перевезти и по этим ямкам разложить.
— Откуда вы это придумали, госпожа, - Бирк отпустил поводья и повернулся ко мне. Лошадка, почуяв дорогу домой, пошла потише, но останавливаться и не подумала.
— Посмотрела я на огород твоей жены и подумала, что успеем еще, коли дружно все возьмемся. А как с посадками разберемся, поедем на ту дорогу. Нам лишние монеты с налога подорожного тоже пригодны, Бирк. Больше надеяться не на что. Пока время есть, надо с этим разобраться, а к осени, как мне сказали, мужики в деревню возвернутся, кое-чего налога соберутся отдать, но мы не будем с них больше монетами требовать.
— Это хорошо бы. Коли они узнают, что госпожа не будет налог собирать, охотнее воротятся, - хмыкнув, еще теплее поддержал мое нововведение.
— А как подорожный собирали?
— Господин назначал троих – четверых. Они там и жили, по неделям. Менялись. Деньга небольшая, да частая.
