Потому мне пришлось положиться на выбор моей статс-дамы:
— Миледи Ферроз и миледи Нергон появились в вашей свите недавно. Они заменили фрейлин, вышедших замуж. В отличие от молодых безмозглых болтушек, которые только и мечтают присмотреть при дворе подходящего кавалера, обе эти дамы — вдовы, и у них есть прекрасные, с моей точки зрения, качества: они не болтливы и в силу сложных финансовых обстоятельств будут зубами держаться за свои места. Одну из них я лично знаю еще с детства, а на вторую граф де Тауффе собрал все необходимые данные, подтверждающие не только ее ум и благонравие, но и способность хранить чужие тайны."
"Я почувствовала себя несколько нервно при этом разговоре, потому что хоть миледи Эбигейл и не сказала напрямую, что прекрасно понимает, куда я еду, но дала понять, что это не является тайной. Спорить с ней я не стала, миледи была права. Но тот минимум, который она порекомендовала: две фрейлины и личный секретарь, пришлось взять в нагрузку.
Думаю, о завязавшихся у нас отношениях с Вильгельмом де Кунцем скоро догадаются и офицеры штаба. Похоже, что мои наивные надежды сохранить все в тайне пошли прахом еще до того, как эти самые отношения успели развиться во что-то.
Выезжая из дворца, я четко понимала, в какой скандал это рано или поздно выльется. Меня не слишком нервировали длинные языки придворных: я знаю, как с ними справиться. Гораздо больше волнения я испытывала при мыслях о том, как на эту новость отреагируют дети. Мир в семье для меня очень важен, как и близость с сыном и дочерью. Но и отказываться даже от этих жалких кусочков личной жизни я не собиралась.
* * *Так что прогулка в парке, осмотр башен и отремонтированных беседок проходили согласно почти всем требованиям этикета. Впереди шли мы с фельдмаршалом и, отстав на несколько шагов от нас, медленно тянулись по дорожке две моих фрейлины, секретарь и несколько офицеров. Безусловно, для моего королевского величества свита была неприлично маленькой. Но не стоило забывать, что в Малый Шаниз я приехала инкогнито. Все же это не официальный променад.
Беседа, которую вели мы с Вильгельмом, удивила бы любого почитателя романтических историй. Фельдмаршал рассказывал мне, как обнаружил в Малом Шанизе интересную и сложную систему прослушки.
— … вот в этом эркере проложены слуховые трубы, устроенные очень интересным образом. Я не знаю, что именно сделали старые мастера, но, находясь на первом этаже, можно подслушать разговоры, которые ведутся на втором. Конечно, это не во всех комнатах, да и заглушки тщательнейшим образом спрятаны. Но, думаю, прежние жильцы Малого Шаниза использовали эти устройства.
— Надо же, как интересно, Вильгельм.