Октябрь 1941 года. На оккупированных территориях Белоруссии разгораются партизанская война и немецкие репрессии. На фоне жестокой борьбы за выживание развертываются судьбы людей, выбирающих между подчинением захватчикам и сопротивлением в лесах Полесья.
Да и потом, можем ли мы оставить их живыми, уйти в коридор и быть уверенными в том, что эти официанты не поднимут шум? Или не вытащат из-под столов автоматы и не ударят нам в спину? Нельзя исключать, что эти подсобные работники будут солдатами охранных либо эсэсовских подразделений.
— Тогда придется вырубать их и вязать или сразу ножами действовать.
— Ладно, — сказал Шелестов. — Главное для нас — уничтожить всю эту шоблу нацистов, при этом не зацепить Кубе и подранить Генкеля. Посему гранаты мы применить не сможем. — Он взглянул на Буторина. — Виктор, вы их заберете и используете при уничтожении внешней охраны, а потом подорвете дверь, ведущую в зал. При этом погибнут охранники, торчащие за ней, и важные фашисты, сидящие недалеко от нее. Далее работаете из автоматов. Теперь о тебе и твоих людях, Авдеев. Твоя группа поддержки увидит все, что будет происходить у центрального входа. В том числе и выход эсэсовцев с торцов здания на помощь своим. Задача вам, капитан, ставится такая: нейтрализовать этих трех тыловых эсэсовцев, которые пойдут к фасаду здания.
— А вы уверены, товарищ майор, что они пойдут по сторонам, а не ринутся на кухню? — спросил Авдеев. Ведь, судя по схеме, с тыла имеется не только дверь, ведущая на кухню, но и ворота внутреннего склада.
— Не уверен. Скажу больше: я на месте их старшего так и сделал бы. Но ведь стрельба начнется в Поданском переулке. Эсэсовцы просто машинально должны будут броситься туда.
— Если не имеют приказа не покидать свой пост, что бы ни происходило, и прикрывать резиденцию с тыла. А эсэсовцы — народ дисциплинированный. Без команды они и шага не сделают. Приказ же вполне может быть таков: прикрывать не только тыл здания, но и внутренние помещения.
— Да, получается дыра в плане.
Авдеев неожиданно улыбнулся и проговорил:
— Думаю, товарищ майор, что для поддержки двух ваших офицеров, которые будут действовать на мотоцикле, хватит одного моего бойца. Если эсэсовцы двинутся по торцам к центральному входу, то он их завалит. Мой старшина Егоров — сибиряк, отменный охотник. Он один легко положит гитлеровцев с обеих сторон, стоит им только выскочить из-за углов. А я с сержантом Соболевым лучше обойду резиденции и подберусь к ней с тыла, от разрушенной школы. В тамошнем сквере еще остались кусты. В них можно залечь недалеко от эсэсовской охраны и грохнуть ее, пока она не начала действовать. Но тихо их снять там не получится. Резиденция окружена редким металлическим забором.
