Октябрь 1941 года. На оккупированных территориях Белоруссии разгораются партизанская война и немецкие репрессии. На фоне жестокой борьбы за выживание развертываются судьбы людей, выбирающих между подчинением захватчикам и сопротивлением в лесах Полесья.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Красные туманы Полесья»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Октябрь 1941 года. На оккупированных территориях Белоруссии разгораются партизанская война и немецкие репрессии. На фоне жестокой борьбы за выживание развертываются судьбы людей, выбирающих между подчинением захватчикам и сопротивлением в лесах Полесья.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Александр Александрович Тамоников Литрпг подборки серии
Октябрь 1941 года. На оккупированных территориях Белоруссии разгораются партизанская война и немецкие репрессии. На фоне жестокой борьбы за выживание развертываются судьбы людей, выбирающих между подчинением захватчикам и сопротивлением в лесах Полесья.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Майор выстрелил ему в живот, когда их разделяло всего сантиметров пятьдесят, и отпрыгнул. Туша, пробитая пулями, врезалась в стену, по ней сползла на пол и забилась в судорогах.
Шелестов сменил магазин и продолжил стрелять в толпу, продвигаясь вдоль стены.
Сейчас он оказался в зоне обстрела от входа, поэтому крикнул:"
"— У двери, сместить огонь вправо!
Буторин и Коган, как раз расстрелявшие по магазину, одновременно перезарядили оружие и ударили по правой стороне.
Шелестов тоже стрелял и пытался разглядеть у стены знакомое лицо. Он едва не наткнулся на штандартенфюрера Генкеля, который своим телом закрывал генерального комиссара Кубе.
Они встретились взглядами. Разведчик кивнул. Шелестов выстрелил и попал Генкелю под ключицу. Тот сморщился от боли, но смог показать глазами, мол, завершайте работу и уходите.
— Добиваем всех и отходим к старшине! — крикнул майор.
Вся компания гитлеровцев уже корчилась на полу, на стульях. Никого не миновали ни пули, ни осколки.
Офицеры дали последние очереди по залу и выбежали на улицу.
— Ну и как, майор? Покрошили вы эту нечисть? — спросил Авдеев, осуществлявший вместе с Соболевым прикрытие.
— Покрошили. Давай бегом к поликлинике и машине. Отзывай Егорова.
Особая группа и Авдеев выщли к «Опелю», старшина с сержантом спрятались в развалинах.
«Опель» выехал на Булавскую и свернул направо, к железнодорожному вокзалу. Со стороны Летнего переулка и Кайзерштрассе бежали офицеры, солдаты, выезжали мотоциклы, машины. «Опель» сдал к тротуару, пропуская их. На него никто не обратил внимания. Наверное, потому, что группа, устроившая бойню в резиденции Вильгельма Кубе, двинулась не к выезду из города, а в глубину его, к вокзалу. Буторин с Коганом переоделись.
Авдеев пропустил грузовик с эсэсовцами, повел автомобиль по Булавской, посмотрел в зеркало заднего вида и сказал:
— Два бронетранспортера пошли на север.
Шелестов, сидевший рядом с ним, проговорил:
— Так и должно быть. Ты, Саня, прибавь газку. Нам еще по Вокзальной идти. Если там не проскочим, то придется прятаться в развалинах. Теперь немцы такую облаву устроят по полной программе, все прошерстят.
— Надо было форму оставить.
— Если нарвемся на патруль, то никакая форма нам не поможет. У нас в любом случае остается один вариант — прорыв. Так что проверили оружие, заменили магазины, подготовили гранаты!
В машине лежали еще две «Ф‐1».
Расчеты штандартенфюрера Генкеля полностью оправдались. План операции, разработанный им, был реализован. В центре города возникла суматоха.
Немцы знали, что произведена крупная диверсия, но кем? Куда подевались эти негодяи? В суете метались офицеры и солдаты армейских частей. Жандармерия собирала все патрули на восточную и северную стороны Минска.
