Октябрь 1941 года. На оккупированных территориях Белоруссии разгораются партизанская война и немецкие репрессии. На фоне жестокой борьбы за выживание развертываются судьбы людей, выбирающих между подчинением захватчикам и сопротивлением в лесах Полесья.
— Пятнадцать минут до дома. Потом нейтрализация экипажа мотоцикла, причем так, чтобы техника и оружие остались невредимыми. Это еще пять — десять минут, если напасть неожиданно. Так, товарищ Буторин?
Капитан спокойно ответил:
— Где-то так, командир.
Шелестов продолжил:
— Выход на Кайзерштрассе, в переулок, это минут пятнадцать. И что мы имеем в итоге?
Буторин улыбнулся и проговорил:
— А имеем, мы, Максим, то, что нам с Коганом следует выходить на десять минут раньше вас с Сосновским, то есть в четырнадцать двадцать.
Тут напомнил о себе Авдеев:
— Товарищи офицеры, а вам не кажется, что вы кое о чем забыли?
Шелестов ругнулся и выдал:
— Авдеев, ты уже должен работать! Ступай!
— А не напомнил, так и слушал бы вас.
— Иди, Саша, и обеспечь машину для отхода.
— Не волнуйся, командир. Все будет как надо.
Авдеев оставил машину недалеко от разрушенной поликлиники и прошел к своим людям.
Вскоре на улицу Булавскую вышли двое мужчин. По внешнему виду это были рабочие. В одном из них невозможно было узнать подтянутого лощеного обершарфюрера СС Крузе. Они несли ящик, лопату и лом, которые нашли в подвале поликлиники. Когда-то, видимо, там была какая-то мастерская или висел пожарный щит.
Они не привлекали к себе никакого внимания. Идут спокойно двое работяг из бригады по очистке города, ну и пусть их. Люди заняты своим делом, весьма полезным.
Они спокойно прошли в разрушенную школу и убедились в том, что там никого нет. Потом капитан Авдеев и сержант Соболев достали из ящика, который несли с собой, пистолеты-пулеметы «ППШ» и магазины к ним, привели в готовность «ТТ».
С оружием, уже маскируясь, они пробежали через бывший школьный сквер к полосе кустарника, от которого до металлического решетчатого забора было не более пятидесяти метров, до здания — около восьмидесяти. Эсэсовцы пока не появлялись.
Бойцы обустроили огневые позиции. Потом капитан Авдеев достал карту города, которую передал ему командир особой группы.
— Зачем карта? — спросил Соболев.
— Пока есть время, прикинем, как вы с Егоровым отходить будете.
— Да нечего тут, командир, прикидывать. Отсюда уйдем в поликлинику. Вы повезете офицеров особого подразделения, мы с Федей подадимся на нашу стоянку на окраине. Там выждем, пока в Минске пройдут облавы. Это где-то неделя, может, меньше. Харча нам хватит. Укрыться есть где, защититься от собак тоже сумеем. Отсидимся. А потом присмотрим какой-нибудь автомобиль, захватим его и рванем к партизанской базе.
— Это все так, — проговорил Авдеев.
