Осень 1583 года на Ямале. Где-то за густыми лесами горит золотистый огонь бога войны — алхимического идола. Кровавые шествия чередуются с молчаливыми дождями, а холодный ветер несет сладковатый запах пороха и масла. Это место, где крест и порох жгут леса и люди, создавая живописные картинки на фоне бесконечных северных просторов.
– Привал, казаки, чуток отдохнем, – распорядился Иван Егоров. – Пусть они малость запыхаются, а мы силы наберемся.
Мужчины уселись прямо на песок, глядя на нового врага. Здешние менквы были высокими, почти на голову выше людей, все одеты в шкуры – вестимо, тоже мерзли при здешней погоде. Самцы и самки вперемешку. Сир-тя не особо заботились о том, кто будет умирать на казачьих копьях, для них было главным собрать стаю побольше и втравить в драку, стремясь скорее стоптать, нежели разгромить своих врагов."
"Когда до ворога оставалось с полверсты, воевода поднял людей.
– В два ряда становись! – скомандовал он. – У кого топоры есть, вперед выходите. У сих тварей черепа такие, что саблей не раскроить. Михайло, на правый край иди и мимо себя постарайся никого не пропустить.
Казаки стали не торопясь вытягиваться в строй, проверяя оружие, поправляя пояса, затыкая за них топоры и отводя за спину, дабы в первой стычке не помешали.
Маюни, поколебавшись, вытянул нож, взял в зубы, расстегнул ремень и бросил на песок.
– Что ты делаешь?! – схватила его за руку Устинья.
– Все едино саблей резаться не умею, да-а, – пожал паренек плечами. – Стеснять станет. Ножом умею, с ним пойду. Да-а…
– Маюни! – Девушка помедлила, потом наклонилась и крепко поцеловала его в губы. – Удачи тебе, Маюни!
– Ус-нэ!!! – Остяк открыл рот, закрыл, не зная, что ответить. А через миг говорить было уже поздно. Он крепко сжал руку девушки и побежал к общему строю, оставляя за собой сгрудившихся вместе девушек и нескольких раненых, не способных принять участия в схватке.
Менквы уже подбирали по пути камни. Они всегда предпочитали кидаться булыжниками, а не драться в рукопашной. Закидать, наброситься на покалеченных и оглушенных, добить, проломить черепа, высосать мозг – любимое лакомство тварей.
– Вперед!
По приказу атамана тонкий строй воинов кинулся в атаку, опустив копья, стремясь бегом преодолеть опасное пространство. Им встречь полетела крупная окатанная галька и тяжелые камни, ударяясь в плечи, грудь, падая на шлемы и шапки – однако пробить доспех, даже простую стеганку, не так-то просто, а потому с ног казаки падали, только когда булыжники попадали по коленям или ступням. Да и то сбитые ратники не оставались лежать, а поднимались и, хромая, с проклятьями спешили вслед за своими.
