В трех взводах разведчиков шли по болотам в поисках мертвой птицы, чьи выкрики были последней надеждой на спасение. Время казалось бесконечным, а тьма вокруг лишь усиливалась, придавая ужасный смысл их безнадежной миссии.
Завтра в это же самое время встречаемся вновь. Поговорим… Ну а если что, то я найду тебя и раньше. Как-никак обитаем в одном бараке.
Расставшись с Грачом, Лысухин внимательно осмотрелся. Он рассчитывал где-нибудь поблизости увидеть Веселого. Но не увидел. Это было и хорошо, и плохо одновременно. Хорошо — потому что Веселый Лысухину не будет надоедать и не станет возбуждать в нем почти неудержимого желания свернуть Веселому голову. Плохо — потому что могло быть и такое, что Веселого, что называется, открепили от Лысухина как не справившегося с заданием.
Лысухин решил встретиться с майором Литке и завести с ним разговор, от которого многое зависело.
"Встретиться с Литке было не так и сложно — майор ежедневно самолично проверял, как идут занятия. Пришел он и сегодня. Лысухин проводил на задворках лагеря, на так называемом полигоне, практические занятия с курсантами. Тема занятий была важная и ответственная — маскировка заложенных под объект мин. Объекты на полигоне были самые разные: кирпичная стена, фрагмент деревянного моста, отрезок железной дороги вместе с настоящими рельсами и шпалами, несколько вагонов, стоящих на рельсах, два советских автомобиля — грузовой и легковой.
Курсанты старались изо всех сил, сам Лысухин также был преисполнен усердием.
Какое-то время Литке молча наблюдал за тем, как идут занятия, а затем пальцем подозвал к себе Лысухина.
— Как идут дела? — спросил он.
— Проводим практические занятия! — отрапортовал Лысухин. — Маскируем заложенные мины.
