Совсем рядом с шумными городскими вечеринками и скандалами я нашла спасение в просторных чайнях и заботливой кухне моей бабушки. Но когда лето приносит не только радость, но и опасность — от мелких угроз до серьезного преступления — мир вокруг меня рушится. В это суматошное лето я встречаю в своем доме настоящего криминального гения — и начинается игра между темной стороной мира и белым светом, когда правда несет за собой ни малейший шанс на выживание....
И я тебе очень благодарна за Игоря. Ты ведь спас его от большого срока. Но ведь я уже пять лет работаю на тебя! По-твоему, я не отработала свой долг? Так, что ли?
– Тебе что, мало денег? – спросил Илларион.
– Нет, Ларик, дело совсем не в деньгах, просто…
– Просто ты, Алечка, вконец обнаглела! Смотрите-ка, какая она стала смелая! А с чего бы это, а? Или, может быть, тебе Игорек что-то прошептал на ушко? Ты что же, думаешь, я не смогу его снова сделать свидетелем? Да он не только станет свидетелем, он сам сядет, и очень надолго! И никто его оттуда не вытащит, запомни это! Ты же меня хорошо знаешь, не так ли?
Илларион замолчал, а Алевтина Куприянова во время его гневной тирады не произнесла ни слова.
Наконец, Куприянова подала голос.
– Ларик, извини… я не подумала… я погорячилась, – с трудом подбирая слова и делая паузы, проговорила хозяйка «Белой лилии». – Когда начинаются гастроли? Когда выезд?
– Вылетаете с группой в Англию. Билеты получишь на днях, тебе принесут. Как только билеты будут у тебя на руках, сразу же звони Дмитрию Леденееву.
Илларион говорил четко и резко, как будто отдавал приказ. Хотя, собственно, так оно и было.
– Спасибо тебе, Ларик. И… еще раз прошу прощения, – покорно сказала Алевтина Куприянова.
– Ладно, проехали, – покровительственно-великодушным тоном ответил Илларион.
– Да, помню.
И воцарилась тишина, нарушаемая лишь погромыхиванием тарелок-чашек о столешницу. Тут к салону подкатил автомобиль, из которого вышел… Константин Владимирович Трегубенков, заведующий административно-хозяйственной частью Покровского музыкального театра.
Вот это да! Значит, и он тоже в этой шайке? Но… не убивал Дубовицкого, потому что у него алиби.
Трегубенков вошел в салон, а спустя еще пару минут в наушниках раздалось восклицание Иллариона:
– А вот и Константин Владимирович! Знакомьтесь: это Алевтина Матвеевна.
– Очень приятно, – с чувством произнес Трегубенков.
– Рада познакомиться, – сдержанно ответила Куприянова.
– Алевтина Матвеевна, Константин Владимирович теперь будет замещать Владислава Григорьевича Дубовицкого.
