В уездном городе Успенск в далеком 1875 году, наступает таинственный шепот времени и грустные тенденции. Купец Афиноген Порфирьевич Беловодов несёт с собой печаль века и мудрость веков. Разгадывать загадки судьбы — его жизнь, словно манит в невиданные звёзды.
Постепенно безликие постройки вытеснили нарядные пагоды с загнутыми линиями крыш, скульптурными львами и драконами, охраняющими ворота в дом. Красок добавляли яркие и пёстрые одежды людей на улицах.
— Юбки у мужчин называются «саронг». Я иногда сам так хожу. — Леонид хохотнул. — Надо будет пригласить тебя на вечеринку в местном стиле. Окунуть, так сказать, в экзотику.
Такси затормозило около приземистого здания с огромными окнами от пола до потолка. Анфиса скользнула взглядом по каменным фигурам помеси льва с драконом.
— Добро пожаловать, госпожа.
Леонид взял её за руку:
— Надолго не прощаюсь. Помни, что ты обещала взять меня в провожатые.
«Когда это я успела пообещать?» — мысленно задала себе вопрос Анфиса, но отказываться не стала. В конце концов, движение на улицах действительно ужасное, а она дала Максиму слово вернуться живой и здоровой.
Просторный гостиничный номер наполнял слабый аромат каких-то приторных восточных благовоний.
Скинув с ног кроссовки, Анфиса прошла на балкон, откуда зеркалом блестела внизу бирюзовая вода круглого бассейна. Под раскидистым кустом ярко-зелёного растения с продолговатыми листьями переливчато урчал искусственный водопад. Тишина и покой сливались в единую гармонию блаженства и неги. Наверное, так должен выглядеть остров чудес. В тепле балийского лета не верилось, что пару дней назад они с Максимом гуляли под надсадным осенним дождём и Максим своим дыханием согревал её озябшие пальцы.
* * *"
"— Чудесно, правда? — Леонид прикоснулся к её локтю, но сразу же убрал руку и замер. Он стоял позади, и Анфиса спиной чувствовала тепло его тела.
Она отодвинулась:
— Да, чудесно.
Расстилавшаяся внизу красота лишь подчёркивала острое чувство одиночества, и Анфиса знала, что без Максима теперь так будет всегда. Вчера вечером они немного поговорили по интернету, а она уже скучала в ожидании нового разговора.
