Аня стесняется своей внешности, постоянно напоминая себе о том, что аккуратней с куколкой – своими ногами. Она мечтает, что ее обожающий знакомый не заметит, что ей плохо от его рукопожатия — словно на какой-то конкурс красоты. Но все идет наперекор ее ожиданиям...
Его руки задевают чувствительную грудь, накрывают и сжимают.
– Против?
Качаю головой, чувствую себя проигравшей. И выигравшей одновременно. Странные ощущения, от которых всё стягивает. Словно пленкой покрывает кожу, не могу двигаться.
Давид подвигается ближе, смещает меня в сторону. Оказываюсь зажатой между двух тел, дрожу от их мощных мускул. Давят на меня, дробят на частицы. Поглощают все чувства.
Их ладони блуждают по телу, забираясь под одежду. Касаются голых участков, поглаживают подрагивающий живот.
Хватаюсь за шею Алана, когда понимаю, что Давид стягивает с меня одежду. Голова идет кругом, захлебываюсь своими ощущениями. Так сильно хочу их прикосновений.
Больше и сильнее.
Чаще.
Чтобы не прекращалось никогда.
Глава 37. Аня
Я не понимаю, что происходит. Как двое мужчин, ненавидящих друг друга, пришли к соглашению? О чём именно они договорились, что в их голове? Никто в здравом уме не предположит, что Алан и Давид могут так спокойно делить девушку.
Но они – делят.
Я сижу между ними, их бедра касаются моих. Мужчины целуют по очереди, вырывают меня друг у друга. Едва густая щетина перестает колоть кожу, как мои губы прикусывает Алан. Стоит ему отодвинуться, как Давид прикусывает мочку уха и прокладывает дорожку вдоль шеи.
Волоски становятся дыбом по всему телу, я задыхаюсь. Откидываюсь на чью-то грудь, прикрываю глаза. Касаний слишком много, каждую секунду. Губы пульсирую и горят из-за постоянных поцелуев, кажутся такими распухшими.
Мне кажется, завтра все поймут, чем я занималась. Покрасневшее лицо из-за бороды Давида, засосы, которые щедро оставляет Алан. Моя неспособность думать и говорить.
Я даже не горю. Огонь и близко не сравнится с тем, что меня сейчас сжигает. Скорее – взрыв бомбы. Внутри, отправляя осколки по всему телу. Так, что дышать больно.
И я сгораю в этой огненной волне, расплавляюсь. Меня топит, и я сама иду на дно. Обхватываю Алана за шею, прижимаюсь в поцелуе. А потом разворачиваюсь, когда другой мужчина тянет на себя.
Это похоже на безумие. На танец трех тел, жаркий и страстный, без правил. Они ведут вдвоем, а я подчиняюсь. Принимаю то, что они готовы мне дать.
Не спорю, не сопротивляюсь. Только громко стону, когда они избавляют меня от одежды. Слышится треск тоненькой такни белья, между ног обжигает жаром.
Их пальцы вместе путешествую по лону, задевают чувствительный клитор. Трут кожу, заставляя выгибаться в спине.
