В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
* * *Маша сидела в кабинете, вжавшись в стул и уперев глаза в пол.
— О чем вы разговаривали с гражданином Савченко? — смерил ее взглядом Горохов.
Рядом с шефом стоял Игнат Тимофеевич и колупался с хитрыми приблудами в виде аппаратуры в корпусе из черной пластмассы без маркировки.
— Мы просто вспоминали свое детство, — отрешенно пробормотала Маша. — Отца…
— Хорошо притворяетесь, гражданка Захарова, — зло хмыкнул Горохов."
"— Я не понимаю, — всхлипнула Маша. — Я сделала, что вы просили. Можно я пойду домой?
— Она не притворяется, Никита Егорович, — Света внимательно разглядывала Машу.
— Что вы такое несете⁈ — глаза Маши сверкнули, а в голосе проскользнула неожиданная твердость.
— Успокойтесь, гражданочка, — осадил ее Горохов. — Послушайте-ка лучше вот это.
Следователь повернулся к КГБ-шнику:
— Прошу вас, Игнат Тимофеевич, включите запись.
— Запись? — Маша напряглась, пальцы ее впились в сидушку стула. — Какую запись?
— Запись вашего сегодняшнего разговора с братом, — хмыкнул Горохов, а специалист по прослушке включил магнитофон. Всё это записал скрытый жучок, установленный им в следственном кабинете КПЗ.
Послышалось легкое шипение и треск. Через некоторое время динамик проговорил Машиным голосом:
— Ты как? На тебе лица нет.
— Нет, — прозвучал голос Савченко. — Но у меня плохие новости, сестричка… Они нашли наш подвал. Теперь мне крышка, там мои пальчики.
— Что? Как?… Как нашли? — голос Маши задрожал.
— Не знаю, этот чертов Петров — не опер, а сущий дьявол. Все было чисто, не подкопаешься, точно говорю.
— И что теперь будет? — Захарова всхлипывала.
— Мне и так вышка, убийство твоего дружка я возьму на себя, чтобы дальше не копали. Ловко ты его опоила на прогулке.
— Я просто хотела завершить начатое, — ответила Маша. — Он даже не пикнул. Не проснулся, пока я ему руку резала. Но все равно не получилось, как у тебя. Не могла же я его на прогулку заманить далеко, пришлось устроиться чуть ли не в парковой зоне. И отсечение гладко не вышло. Нет таких навыков, как у тебя. Но я справилась, Борь…
— А в детстве, помнится, у тебя хорошо получалось кошек резать, — хмыкнул Сава. — Лучше чем у меня.
